Оружие бога

Вы не сказали, что от нас нужно королю Салеи, но это уже не торговые дела. И соваться в степь, когда в ней дерутся шенны, – это безумие! Денег можете не предлагать, мертвецу они не нужны. Когда вернусь, отдам вашему отцу всё, что мне заплатили.

– Вас выгонят из гильдии, – предупредил я. – Деньги – это не главное. Своим отказом вы ставите нас в очень трудное положение.

– Пусть выгоняют, – сказал он. – У меня такой возраст, что сам уже хотел уйти. Прощайте!

– Больше никто не хочет уйти? – спросил я братьев.

– Мы рискнём, – ответил мне Марх. – Лаброи не предают! А он пусть едет. Чем меньше всадников, тем легче им укрыться.

С последним утверждением можно было поспорить, но я промолчал. Мы лишились единственного лучника, и это было очень плохо.

После ухода Трогера ехали до полудня и остановились для отдыха в большой деревне. Ника не было, поэтому нас никто не подгонял и можно было не спешить.

По наезженной крестьянами дороге двигались два дня. Возле последней деревни она закончилась. Здесь хорошо отдохнули, купили свежих продуктов и на рассвете продолжили путь.

– Дорога увела нас в сторону, – сказал я, когда выехали за околицу. – Теперь поедем без удобств, но напрямую.

В первый день ещё встречались рощи, возле одной из которых заночевали. К вечеру второго дня не было видно даже кустов, только бескрайнюю степь, поросшую травой, которая без малого не доставала до стремени.

– И как здесь искать воду? – спросил Лаш. – Бурдюков хватит только на три дня.

– Завтра доедем до небольшой реки, – ответил я, – но на всякий случай ограничим лошадей. Трава сочная, поэтому пусть меньше пьют.

– Безопасней вообще без них, – сказал Серк. – Если появятся кочевники, можно лечь в траву, и никто не заметит. Всё равно едем шагом.

Ехали шагом потому, что степь только казалась ровной. К холодам, когда пожухнет трава, можно будет пустить лошадь вскачь без большого риска сломать ей ноги, а себе – шею, но не сейчас.

– И барахло на себе попрёшь, умник? – возразил брат. – Далеко так уйдёшь?

– Можно уйти далеко, – не сдался Серк. – Неужели не унесём еду? Товара нет, поэтому везём только то, что нужно самим. Я говорю не к тому, что нужно бросить лошадей, но если припрёт…

– Когда припрёт, тогда и будем решать, – сказал я, прекратив их спор. – Степь не везде такая.