Коррекция

 – Тебя ожидает много открытий, главное, постарайся дожить до моего возвращения. Давай я отберу червонцы, а ты выдели те украшения, которые не сильно жалко. А это у тебя что?

– Магазины к твоему метателю, – ответила Лида. – Все брать не стала, только с цветовой маркировкой. Думаю, что тебе их хватит.

– Мне их теперь хватит на небольшую войну, – проворчал Алексей. – Спрячь получше, не дай бог, кто-нибудь уколется. Всё, червонцы я отобрал.

– Возьми серьги. – Она протянула ему золотые сережки с бриллиантами.

 – Как думаешь добираться?

– Чёрт его знает! – задумался муж. – В своём времени без колебаний проголосовал бы на дороге. Довезли бы без денег и не спросили бы о документах. А сейчас можно легко нарваться. Дед сказал, что до окраин Москвы километров тридцать. Можно было бы и пробежаться по тёмному времени, но не очень хочется. Одним словом, посмотрю. Вид у меня неподходящий для голосования на дорогах. Сейчас народ одевается просто, многие вообще ходят в военной форме, сняв погоны, а тут какой-то тип в лесу, одетый как на дипломатический приём.

Вот что ты подумала бы?

– Я не знаю вашей жизни, но если всё так, как ты говоришь, я не остановилась бы.

– Ага, – вздохнул он. – Трус промчится мимо, а остальные остановятся и потребуют документы. После войны был такой всплеск преступности и бандитизма! И ещё будет из-за амнистии. А я не имею ни малейшего понятия, какой режим контроля на въездах в Москву. Не хотелось бы шуметь. Слушай, солнышко, через коммуникаторы можно связаться напрямую?

– Можно, но очень недалеко.

С изображением километров на десять, а в голосовом режиме в несколько раз дальше. Извини, точнее не скажу.

– Тогда постарайся не вызывать меня без необходимости, а то могут быть паршивые сюрпризы. Ну всё, давай я тебя поцелую и побегу.

До того как начало темнеть, он дважды проголосовал, когда проезжавшие не внушали опасения. Видимо, опасения вызвал он, потому что никто не остановился. Часто в обе стороны двигались военные машины и несколько раз промчались грузовики, в кабинах которых не было свободных мест.

Когда стемнело, побежал трусцой по обочине дороги, уже не обращая внимания на автомашины. По расчётам Алексея, осталась половина пути, когда рядом затормозила легковушка.

– Так и будете бежать до самой Москвы? – с насмешкой спросила молодая женщина в военной форме, приоткрывшая дверцу водителя. – Садитесь рядом, так и быть, подброшу.

– И не боитесь? – спросил он, садясь в салон.