Единственная на всю планету. Книга первая

Долго ты будешь со мной экспериментировать?

– Уже закончила, – довольно сказала девушка. – Всё работает. И смотреть удобнее, чем через воронов. Фактически это ничем не отличается от нормального зрения.

– Теперь нужно научиться читать по губам, – сказал отец. – Вот раздолье для шпионов! А слушать чужими ушами нельзя? Иногда это может оказаться полезней зрения. Да, твоего вмешательства я не почувствовал.

– Можно, но я пока не научилась. Ничего, я ничем не занята, повожусь, но своего добьюсь. Нор мало знает о магии и многое не использовал из-за недостатка сил.

– А можно как-то увеличить силы?

– Нет, папа. Нор говорит, что в их мире над этим бились сотни лет и всё без толку. Если сил мало, не поможет ничего. Сильные маги редко встречаются у мужчин, а среди женщин их нет совсем.

– Их женщины действительно так некрасивы?

– Фигуры у многих красивые, – подумав, ответила Ольга. – Волосы очень пышные, а у дворянок ещё и ухоженные. А вот лица… Красивых я не помню. Кожа нежная, но черты лица очень грубые.

Таких, как старшая сестра Нора, которую можно назвать симпатичной, там немного. На их фоне и я сойду за красавицу.

– А ты знаешь, что стала меняться? И я не назвал бы это нормальным.

– И что во мне ненормального? – с недоумением спросила Ольга. – Я не замечаю никаких изменений.

– Во-первых, волосы, – начал перечислять отец. – Они стали заметно толще, поэтому причёска выглядит пышней. Во-вторых, кожа на лице избавляется от веснушек. Если так пойдёт и дальше, их скоро не останется.

Жаль, они добавляли тебе прелести. И в-третьих, меняется форма носа. Эти изменения начали проявляться в последнее время и ненормально быстро. А ты этого не замечаешь, потому что смотришься в зеркало по двадцать раз за день. К тому же изменения пока не очень видны. Я заметил, а семья Замятиных – нет.

– Ты меня озадачил, – растерялась дочь. – Пойду трясти Нора. Если я меняюсь, он не мог этого не заметить.

Нор сидел за столом и что-то писал. Рядом с тетрадкой лежали Уголёк с Машкой и не сводили любопытных глазенок с бегающей по бумаге ручки.

– Они не мешают? – спросила девушка.

– Мне мешаешь ты, – прекратив писать, улыбнулся он. – А их я пустил с условием, что будут вести себя тихо. Да они и так умотались и уже не рвутся хулиганить.

– Я не буду долго мешать, сейчас уйду. Хотела сказать, что отец разрешил испытать на нём подглядывание и всё получилось. И он меня удивил, сказал, что я меняюсь внешне.

– А что в этом удивительного? – сказал Нор.