Далекие звёзды

Крейсера, сохраняя линейное построение, тоже начали смещаться в сторону планеты. Но шли они зигзагами, постоянно маневрируя, чтобы не подставить чужим кораблям свои движители. Но и маневрирование делало их тоже уязвимыми, так как они периодически подставляли противнику один из своих бортов, исключая из противостояния излучатели свого второго борта.

Между тем чужие корабли оставили своё движение в сторону кораблей Федерации и, сохраняя своё вертикальное построение, развернулись в сторону «Стел». И теперь на экране пространственного сканера заградителя они выглядели не серыми кляксами, а серыми вытянутыми контурами, в которых при некотором воображении уже угадывались космические корабли.

– Вахтенный! Накопитель аннигилятора? – произнёс Хартни, с некоторым недоумением всматриваясь в идущий посередине вертикальной линии чужой корабль.

– Сорок восемь процентов, гард коммандер, – тут же пришёл ответ от вахтенного офицера.

– Хаора! Свёртыватель к бою! – озвучил Хартни следующий приказ.

– Да, гард коммандер! – тут же пришло подтверждение от вахтенного офицера. В центре экрана вспыхнула бледная жёлтая окружность и, скользнув по экрану, опоясала средний корабль чужих.

– Вахтенный! Увеличь средний корабль чужих, – отправил Хартни следующий приказ вахтенному офицеру.

Над пультом управления тут же вспыхнула голограмма с отображаемым в ней странным серым кораблём, напоминающим вытянутый плоский овал практически идеальной формы, лишь с двумя видимыми на своём корпусе совсем небольшими орудийными излучателями и ещё одним большим странным, больше похожим на трубу, излучателем, торчавшим из его носа.

– Верхний корабль! – озвучил Хартни следующий приказ.

По голограмме пробежала рябь, и в ней теперь отображался ещё более странный чёрный корабль, больше напоминающий своей формой какого-то жука, утыканного наростами, нежели вылизанную форму корабля для стремительных перемещений в пространстве. Всмотревшись в наросты, Хартни понял, что это есть не что иное, как башни с орудийными излучателями.

«Хаора! Средний чужих или не что иное, как пустышка, ложная цель или что-то невообразимое, способное одним выстрелом из своего носового орудия уничтожить, что угодно. Два других корабля его или охраняют, или же идут с намерением отвлечь корабли противника, – вдруг всплыли у Хартни догадки. – Выходит, что я не просчитался, посчитав его наиболее значимым кораблём в тройке чужих.