Портал

Ситтар тут же вспыхнул так ярко, будто в пространстве сектора взорвалась сверхновая, даже на несколько мгновений засветив экран интера, заставив Григорьева прикрыть глаза и отвернуться. Ему показалось, что его глаза были закрыты лишь мгновение, но когда он их открыл, засветки экрана уже не было и было отчётливо видно, что все имеющиеся в эскадре сентаригов ситтары, описав совсем короткие дуги, развернулись и двигались в сторону крейсеров, ведя непрерывный огонь из своих лазерных излучателей, создав буквально сплошную красную ленту в пространстве.

Брови Григорьева выгнулись.

«Что они задумали этой бессмысленной атакой? – всплыла у него мысль полнейшего недоумения. – Напрасная трата энергии. Не думаю, что она у них бесконечна».

Он вдруг хмыкнул от появившейся у него разгадки странного поведения ситтаров.

Корабли малого класса сентаригов таким образом защищали корабли большого класса, давая им возможность беспрепятственно совершить свой маневр и выйти на позицию атаки, так как дуатты тоже разворачивались, но из-за своей массы они были более инерционны и потому находились лишь в начальной фазе своего разворота, однако не забывая вести непрерывный огонь из своих дальнодействующих лазерных излучателей, но поскольку теперь крейсера укрылись защитными силовыми полями, да и эскадра сентаригов удалилась уже на достаточно большое расстояние, то лазерная атака дуаттов практически никакого вреда крейсерам не приносила, так как лишь некоторые их лучи, уже достаточно потеряв свою энергию, достигали крейсеров, хотя всё же истощая их защитные поля.

Григорьев удовлетворенно хмыкнул: «Грачам» удалось отвлечь экипажи сентаригов от поиска портала и навязать им затяжной бой, тем самым выигрывая время.

Григорьев понимал, что разворот сейчас был опасен по причине того, что крейсера неминуемо подставляли под лазерные излучатели эскадры сентаригов своё самое уязвимое место – раструбы своих движителей – кроссфлекторы, так как выходящая из раструбов энергия движения раздувала защитное поле, в котором, напротив раструбов, образовывались бреши, и потому приказа на разворот не отдавал.

Григорьев скользнул быстрым взглядом по экрану интера.