Дезертир

Ещё бы… Обращается в прах весь его мир. Надо же! Встретить священника, бредущего по тропинкам ада?!

Сверху всё явственней доносится скрежет. Изгибаясь, начала деформироваться конструкция здания.

– Монсеньор, валили бы вы отсюда! – проворчал он.

Консьерж непонимающе посмотрел на Стива.

Тот же схватил девушку за руку и бесцеремонно потащил её к байку. Увидев, что арианцы проследовали за ним, он остановился.

– А вы куда? – удивлённо спросил он их.

– Мы с вами.

– Вот ещё! ИС вас не пустит.

Громила кивнул на Лию:

– А как же она?

– Её она знает. Мой вам совет: хватайте такси и валите куда подальше. Хотите за нами – флаг вам в руки. Только меня не волнует, как вы это проделаете. Всё, ауфвидерзейн!

– А как же я? – взмолился консьерж.

Стив окинул его сочувствующим взглядом.

– А вы, монсеньор, – произнёс он, задумчиво почёсывая затылок, – молитесь. Молитесь – и Господь вам, быть может, поспособствует.

Дёрнув Лию за руку, он потащил её дальше к машине, словно тряпичную куклу.

Глава 9

– Ты бросил их там, урод! – орала Лия на Стива, но почему-то при этом смотрела совершенно в иную сторону.

Стива это одновременно и смешило, и огорчало. Как-то у них всё не заладилось с самого начала. Лия сидела, поджав под себя ноги, рядом с ним и смотрела через прозрачное покрытие брони на картину хаоса, развернувшуюся за её защитным силовым полем.

– Ты постоянно меня обзываешь, – отозвался Стив.

– А как ты прикажешь себя называть? Они спешили к нам на помощь, и когда такая же помощь потребовалась им, ты их бросил… Кто ты после этого?

Стив пожал плечами.

– Ничего с ними не случится, – ответил он. – Они взрослые мальчики – знают, когда надо сматывать удочки. Вот увидишь: скоро мы снова увидим их красные физиономии.

Лия фыркнула.

– Ты в этом сомневаешься? Напрасно. Как, по-твоему, они нас нашли?

Лия смолчала, а Стив не стал вдаваться в подробности. Он и сам толком этого не знал. Руки парня находились над сенсорной панелью управления. Пальцы едва заметно двигались, направляя байк в нужном им направлении. За бортом аппарата творилось нечто невообразимое.

То, что раньше представляло из себя город, теперь осталось лишь в их воспоминаниях. Не было больше города.