Злой гений Дитриха Пруста

Думаю, никто не будет тебя рассматривать, но все же старайся не шевелиться. Надеюсь, ты не боишься уколов, – вынул он ампулу, – сейчас я сделаю тебе инъекцию, и ты спокойно будешь спать до утра. Силы тебе понадобятся. А ночью я отведу тебя в надежное место. Не беспокойся, это совершенно безвредно.

Доктор Форест хитрил, собирался ввести Александру сильнодействующий наркотик, от которого тот должен проспать целый день, но предупреждать об этом не хотел. Сейчас важно было выглядеть в глазах этого молодого человека эдаким спасителем—героем.

– Я спрячу тебя в безопасное место, – повторил он, доставая из небольшой металлической коробочки, которую принес с собой,  шприц, – а потом переправлю на материк.

Александр с беспокойством следил за действиями Фореста, явно колеблясь.  Потом все же протянул руку:

– Кажется, у меня не остается другого выбора, как довериться вам.

Дождавшись, когда юноша впал в забытье, доктор вызвал лифт.

*  *  *

Незамеченным, Форест  пробрался  домой, но, как ни старался, уснуть не смог.

Завтра они обязательно попадутся, и последует неминуемая смерть или кое-что похуже… Криг не пощадит – давно ищет повод. А заменить его не так уж и сложно.  Форест  слышал и даже видел: готовятся еще два  таких же кабинета, как его. На минуту представил себя на месте пациентов и глухо застонал.

« Старый дурак! – на чем свет стоит, ругал себя. – Зачем я заварил эту кашу?! Жалко, видите ли, стало. Куда проще было усыпить этого мальчишку? – он встрепенулся. – Может быть, еще не поздно? – Форест выглянул в окно. Светало. – Нет! Парень оказался не таким уж наивным, как он себе представлял. Сейчас был вовсе не уверен, что удалось убедить… Про таких говорят: молодой, да ранний».

На самом деле доктор Форест был вовсе не старым. Недавно ему исполнилось сорок шесть.

Наконец, доктор забылся в кресле. Правда, видеть этого, равно как и его бдения, никто не мог. Доктор жил один в маленьком комфортабельном домике.

Проснулся он через полчаса, но, как это ни странно, чувствовал себя бодрым и  отдохнувшим. А главное, его уже не терзали ночные страхи.