Петля

Как исправить такое положение вещей и возможно ли сие вообще? Будь человек созданием вроде компьютера – бесчувственным, без собственного «эго», без амбиций и прочего, – он, создав план жизни, мог бы придерживаться его неукоснительно. Это могло бы выглядеть, по меньшей мере, серо, скучно, даже тупо, зато идеально правильно и безошибочно. Но, поскольку каждый из нас таит в себе разнообразие, многогранность, бесконечность и радужность в мечтах, эмоциях и влечениях и порою стремится к чему-либо, руководствуясь необъяснимыми подсознательными порывами, то не отсюда ли и вытекает обречённость на ошибки? Это – неотъемлемое качество человека, его право, рок, фатум, карма.

Иначе он не сумел бы удостоиться звания «высочайшей и тончайшей из эфемерид»…

Итак, человек устроен таким образом, что первая часть его жизни уходит на свершение ошибок, а вторая – на тщетные попытки их исправить. В этом кроется ключ к осмыслению всей истории человеческого стада; в этом же состоит основной принцип тысячелетней человеческой комедии, исполненной неисчислимым количеством суеты, страхов, трагизма, страданий, предательства, блуда и веселья…

Виток первый

Когда мужчина, пребывающий в самом расцвете сил, лежит на диване, с отрешённым видом уставившись в потолок, это означает не просто отсутствие у него весёлого настроения, но и наличие той опасной доли отчаяния, которая может подтолкнуть его к свершению нехороших поступков.

Не зря церковь причисляет подобное состояние к проискам «врага рода человеческого».

Андрей Винокуров, лёжа на диване, предавался размышлениям над старыми, как сама Русь, вопросами: «Что делать?» и «Кто виноват?» А точнее: «Что делать с такой семейной жизнью?» и «Почему же всё получилось именно так?».

Несомненно одно: для того, чтобы сорокалетний мужчина задавался подобными вопросами, необходим достаточно внушительный повод. Последний выглядел довольно банальным, чтобы ничему не удивляться, достаточно пошлым, чтобы с кем-то советоваться, и в достаточной мере обидным, чтобы впасть в хандру: жена, которую он раньше превозносил до седьмого неба, разлюбила его и стала презирать.

Это продолжается уже в течение нескольких лет. Первые симптомы были весьма мучительными, но в то время в памяти обоих сохранялось столь много приятных эпизодов их отношений, что размолвки быстро завершались взаимным приливом нежности и, казалось, забывались. Проходило некоторое время, появлялся новый повод, и размолвка снова возрождалась.