Наваждение из Вервольфа

То, что представилось моему вниманию, можно назвать удивительным, страшным, невозможным, бредовым, чушью или ещё каким-нибудь словечком, но нет никакого сомнения, что изложенные в деле факты имели место в действительности – хотя бы потому, что иначе они не удостоились бы чести быть зафиксированными в папках прокуратуры. Дочитав дело, я решил наглым образом воспользоваться отсутствием в кабинете хозяина и быстренько внёс в блокнот кое-какие заметки. Едва я успел спрятать свои записи в дипломат, как вернулся служащий, заведовавший выстроенными на письменном столе папками.

– Ну, нашли что-нибудь интересное? – спросил он.

– Да так… – уклончиво ответил я. – Хотел у вас спросить: что это за папка?

Я указал на ту, которую только что читал.

Бодрость с лица моего собеседника словно ветром смело.

– Нет-нет! Это дело не для вас… Нельзя! Я даже не имею права говорить с вами об этом деле! Как оно здесь оказалось?…

Бормоча себе под нос нечто невнятное, он схватил папку и выскочил из кабинета.

Вот, вкратце, история, объясняющая обстоятельства, при которых я отыскал сюжет для этой повести, уважаемый читатель. А вы уж, исходя их своего права, хотите – верьте, а не хотите – не верьте…

1944 год

– Вальтер! Вальтер!.. – донеслось до его слуха откуда-то издалека.

– Эльза!.. – едва не сходя с ума от пронизывающей его боли и осознания своей беспомощности, простонал человек, роняя тяжёлую голову на сырой, заплёванный и испачканный следами многих сапог, бетон.

«Нет ничего страшнее, чем умирать в отчаяньи», – успело пронестись в уходящем сознании.

Вальтер, рядовой инженер, волей обстоятельств оторванный от родного дома и одетый в мундир унтер-офицера СС, чувствовал, что его ничтожная жизнь подходит к концу. Хуже всего было не заставшее всех врасплох известие о предстоящей бомбёжке русских, не то, что толпа паникующих немцев оторвала его от супруги, не прощальный гудок единственного состава, а то, что буквально в десяти шагах от спасительного вагона на плечи свалилась чья-то увесистая поклажа.

Может, это был контейнер с документами?… Вальтер от толчка вмиг свалился с ног, выпустив влажную руку Эльзы. По его беспомощному телу потоптались десятки сапог; Эльза, вначале устремившаяся к мужу, была буквально вброшена в вагон: паника и толпа – серьёзные противники. Женщина, зажатая со всех сторон контейнерами, спинами, узлами, чемоданами, наполненными ужасом глазами смотрела в закопченное окно.