Вращая колесо Сансары

Ничего себе! Это, получается, весь выпуск, все 30 минут?! Случай доселе беспрецедентный, обычно для современного зарубежного репертуара выделялась самая концовка программы, чтобы втиснуть один клип, ну или видеоролик, поскольку понятия «клип» в СССР ещё не существует. С другой стороны, запись, которую я вручил Беляевой, тянула на полтора часа. Как они их втиснули? Или станут частями показывать, растянут на три недели?

А перевод какой-то будет нашей болтовни между песнями? Или, может, программа пойдёт с субтитрами? А вероятнее всего, вообще с закадровыми комментариями ведущей, а показывать будут только наше выступление без говорильни.

Ну да что гадать, факт сам по себе занятный и неординарный.

Жаль, что вряд ли получится посмотреть, в день матча с утра будет не до этого. Ладно, ничего страшного, я-то знаю, что на плёнке, которую я передал Элеоноре Валериановне, если только там они от себя ещё чего не налепят. Мол, в этом дворе начинался творческий путь ныне известного музыканта и футболиста Егора Мальцева.

Здесь он устраивал и квартирники, и… как сказать – дворники? Не стоит, пожалуй, голову ломать, она мне ещё пригодится.

– Лиса, ты, надеюсь, появишься на фестивале? – поинтересовался я у жены.

– Конечно, оставлю Лёшку родителям на вечер, они будут только рады.

– Одна пойдёшь или с кем-то? В смысле, с подругой?

– С Ольгой. Она, кстати, с твоим бывшим дружком Витей, Муха который, крутит. Помнишь, она на речку вместе с нами загорать ездила?..

– Эта та Оля, у которой необхватная задница?

– Нормальная у неё задница, не болтай.

– Ладно, будет вам пара контрамарок. А что, кстати, о моих бывших подельниках слышно?

Ты меня спрашиваешь? Они же твои вроде друзья… были. Нет, ну если хочешь, то я могу у Лёльки узнать, она-то с Витей общается и об остальных что-нибудь да знает.

– Слушай, а позвони ей прямо сейчас, может, у неё номер Мухи есть? И заодно новостью о фестивале обрадуешь.

Через десять минут я уже болтал по телефону с Мухой – в миру Витькой Мухиным.

Нет, ну а что, в самом деле, за всей этой звёздной музыкально-футбольной завесой парни как-то ушли с орбиты моих интересов. А ведь они были первыми, с кем я встретился в этом мире.

– Штырь! Ой, какой Штырь… Егор, здорово!

– Привет, Муха! Или тебя лучше Витьком звать?

– Да зови, как хочешь. В училище ещё Мухой парни звали, а сейчас я на маневровом тепловозе в депо работаю, помощником машиниста, некоторые даже Виктором Петровичем величают.