Вращая колесо Сансары

А ещё через пятнадцать минут я с аппетитом уплетал куриный суп с клёцками на первое и картофельное пюре с парой котлет, поджаристых, как я люблю, с корочкой, на второе. Ну и стакан ароматного чая; давеча, пока с Лидой Клемент по рынкам и магазинам болтались, ухватил пару расписных жестяных коробок крупнолистового чая «Букет Грузии».

Разобравшись в отношениях с женой и с запоздалым обедом, я снова принялся названивать Михе и Адель. Сказал им, когда и где будет проходить генеральная репетиция, и попросил определиться с репертуаром – им разрешили исполнить по две песни.

У Ольги, то бишь Адель, к этому времени уже сложился свой коллектив: барабанщик, гитарист, бас-гитарист и клавишник, играющий на простеньком аналоге синтезатора. Так что помощи от «Апогея» теперь и не требовалось.

Заодно порадовал Адель новостью, что сочинил для неё пару хитов. Далеко ходить не пришлось, взял из репертуара Борисовны «Куда уходит детство» и «Этот мир придуман не нами». Договорились встретиться завтра у неё на репетиционной базе.

Так, с Битлами созвонимся позже, когда они сами сначала решат вопрос с Эпстайном.

Ленка пошла выгуливать Лёху, а я включил телевизор. Там показывали концерт в Кремле с участием Бернеса. Тут же вспомнил, как Марк Наумович просил меня написать для него новую песню. Что ж новую-то, у нас и старых полно. В смысле, старых для Алексея Лозового из будущего, а для Егора Мальцева из 1966 года ещё ничего не написано.

А вот, например, «Ласковая песня» от Фрадкина и Долматовского. На моей памяти её больше других исполнял Кобзон, причём написана она была году эдак в 1980-м, если не позже.

Так, подыграть себе на фортепиано, обновить воспоминания – и сразу в нотную тетрадь. Пересечёмся на генеральной, там и вручу Бернесу текст с нотами. И напою, чтобы понял что к чему. А то ведь нот он не знал, факт общеизвестный, зато пригодятся его будущему аккомпаниатору. Ну а аранжировка – отдельная тема, там вообще смогут, если что, без меня справиться, если руки из нужного места растут и голова не ниже пояса.

Как раз время идти своих забирать с прогулки, помогать переть наверх коляску. А потом я подумал о Кобзоне. Чтобы Иосиф не чувствовал себя обделённым на генеральной репетиции, где он наверняка увидит наши экзерсисы с Бернесом, можно ему предложить песню того же Фрадкина, но уже на стихи Рождественского «Там, за облаками». Он ведь и впрямь её пел, во всяком случае, я прекрасно помнил юбилейный вечер «Самоцветов». Теперь может исполнить пораньше.