Пещера

Однажды я осмелел (или обнаглел) до такой степени, что сделал слабую и довольно-таки неуклюжую попытку пригласить Наташу к себе домой (был, кажется, повод… праздничек какой-то, не помню уже какой, но был…). Наташа, не только сразу же отказала мне в этой скромной и вполне невинной просьбе-предложении, но и сделала это в настолько резкой форме, что я и не заикался больше о чём-то подобном. Более того, неделю или две даже после памятного сего события, она чуть ли не избегала меня (во всяком случае, мне так тогда показалось).

Потом всё это как-то само собой прошло, и всё у нас потекло по-прежнему, с той лишь разницей, что бедный деревянный мой язык становился ещё более деревянным в её присутствии нежели раньше…

Домой ко мне она так и не попала тогда, но с родителями моими всё же познакомилась, и произошло это на улице, где мы совершенно случайно столкнулись нос, как говорится, к носу. Пришлось остановиться и в английском стиле представлять их друг другу.

– Хорошие у тебя родители! – задумчиво сказала Наташа, когда церемония знакомства осталась позади, и каждый из нас отправился дальше по своим делам (мы с Наташей, если не ошибаюсь, опаздывали в кино). – Хорошие, да?

– Родители как родители! – как можно более безразлично проговорил я. – В общем, не жалуюсь.

– Они, наверное, очень любят друг друга?

Вот на это я ничего не ответил. Да и что было отвечать?

Любят… не любят… поцелуют… плюнут… К сердцу прижмут… к чёрту пошлют…

Меня-то они оба любят, во всяком случае…

Сложная эта штука – родители! Раньше, когда я был маленьким, всё в мире было просто и однозначно: есть мама, и есть папа, и они, естественно, самые умные и самые красивые в целом мире.

Лучшие, одним словом! Тогда у меня и в мыслях не возникало даже, что папа, скажем, может не любить маму, или наоборот… Такого просто быть не могло!

До десятого класса пребывал я в счастливом сим убеждении, но вот, в один прекрасный день… Хотя, какой же он прекрасный?! Гадкий, отвратительный день!

А потом ещё и тот, случайно подслушанный, «крупный» разговор на кухне, для моих ушей, естественно, не предназначенный.

И встреча та злополучная… И зачем она мне только нужна была, эта встреча?!

Я снова вспомнил ту, первую и единственную свою встречу с этой женщиной.