Пещера

– Ничего! – я вновь наполнил рюмки коньяком и, подняв свою, принялся любоваться нежно-золотистыми переливами её содержимого. – Как говорится, в бочке мёда да чтоб без ложки этого самого… Так же не бывает, верно? Давай-ка лучше тост!

– Айн момент, геноцвали!

Вот такой это был день, суматошный и весёлый. У меня дома, а потом и в ресторане, куда меня «затащыл» таки Виктор свет Андреевич, мы всё поднимали и поднимали рюмахи и бокалы. Боже, за что мы только не пили! И за мои дальнейшие творческие (что естественно), и за процветание, как нашей поэзии в целом (бред какой!), так и отдельных поэтов в частности (ну, это ещё куда ни шло!).

Где-то, в самой глубине зала, Витька узрел вдруг каких-то своих знакомых (противоположного, разумеется, пола), и, через минуту-другую, эти самые знакомые, в количестве двух молодых симпатичных особ, уже усаживались за наш четырёхместный столик.

Ай да Виктор Андреевич! Ай да сукин кот!

– Люся! Таня! – деловито знакомил он нас.

 – А это – Александр Волков, один из известнейших поэтов нашего времени!

Девчонки недоверчиво посмотрели на меня и дружно захихикали.

– Не верите?! – даже обиделся Витька. – Ну, ладно!

Он повернулся и моментально исчез из ресторана.

– Интересно, куда это он? – спросила та, которая Таня.

– Смылся! – сказал я и вздохнул. – Мы, вообще-то, всегда так делаем в ресторанах. Сначала он смывается, я следом… ну, а дамам приходится брать на себя все финансовые обязательства.

Вы так никогда не пробовали?

– Нет! – сказала та, которая Люся. – Никогда не приходилось.

– Зря! Вы попробуйте когда-нибудь. Очень удобно, особенно с финансовой точки зрения.

– А ты что, и вправду поэт? – поинтересовалась та, которая Люся.

– Да пошутил он! – почему-то смутился я. – Я, вообще-то, студент. Идём лучше танцевать!

– Так музыки же нету!

В это время заиграла эта самая музыка, и мы пошли танцевать.

С той, которая Люся.

В голове у меня уже порядком гудело, но, к своему большому удивлению, на ногах я держался твёрдо, да и соображал довольно-таки сносно, особенно для той, прямо скажем, сверхлошадиной дозы, какую, каюсь, успел принять во внутрь. Мы танцевали, болтали всякую чепуху и я, при более близком рассмотрении, пришёл к выводу, что эта самая Люся, вообще-то, очень даже ничего. Особенно на ощупь.