Гуттаперчевый клоун

– Напугал её кто-то сильно, – вместо Лёли вновь заговорила мать. – Да так сильно, что…

– Что она пятерых прохожих исцарапала, а одного почти до крови искусала? – перебил её доктор, вставая. – Ладно, я ещё зайду чуть позже.

Он вышел, так и не прикрыв за собой дверь, но Лёли теперь было уже совсем не до двери. Огорошенная только что услышанным, она некоторое время лишь молча смотрела в стерильно-белую пустоту дверного проёма.

«…Исцарапала… почти до крови искусала…» – всё звучали в её голове последние слова доктора.

Она, Лёля, царапала и кусала людей! Да такого просто быть не могло! Просто не могло быть!

Или всё же могло? И как так получилось, что она ничегошеньки об этом не помнит?

– Ты царапала тех только, кто пытался тебя остановить, – правильно угадав тот сумбур и смятение, что творились сейчас в душе дочери, пояснила мать. – Вырывалась, кусалась, царапалась… но сама на людей не бросалась, так что…

Не договорив, мать замолчала, а Лёлю вдруг молнией обожгла новая страшная догадка.

– Что это за больница?! – закричала она, вскакивая, вернее, попытавшись вскочить, но мать эту попытку решительно пресекла. – Это психушка, да?! – ещё громче закричала Лёля, отчаянно извиваясь в цепких материнских объятиях. – Меня сюда на всю жизнь заточили, так?

– Ну что ты ерунду мелешь?! – отпустив Лёлю, мать тотчас же вскочила с кровати и, подойдя к окну, отдёрнула штору. – Психушка… выдумала тоже! Наша эта больница, городская! Не веришь, иди в окно посмотри!

Но Лёля уже и сама успокоилась.

– Когда меня отсюда выпишут? – спросила она, вновь укладываясь в кровать. – Завтра?

– Завтра, – подтвердила мать, но полной уверенности в её голосе Лёля так и не услышала. – Ты же понимаешь, что…

Не договорив, она замолчала.

– Что я должна понимать? – спросила Лёля, внимательно глядя на мать.

– Ты же понимаешь, им надо точно установить, что с тобой вчера произошло, – пояснила мать, вновь подходя к кровати и заботливо поправляя одеяло. – Одно дело, если тебя кто-то сильно напугал, и совсем другое, ежели…

Запнувшись на полуслове, мать вновь замолчала, но Лёля и так поняла всё то, что хотела, да так и не смогла выговорить мать.

– Если у меня с головой не всё в порядке, – сама закончила она материнскую мысль. – Ты ведь это хотела сказать?

– Бывают различные нарушения… – уклонилась от прямого ответа мать. – Временные… – тут же поправилась она, глядя куда-то в сторону.

– Нет у меня никаких нарушений! – угрюмо проговорила Лёля.