Боярин Волк. Живи, брате!

Это-то и дало возможность Сергию рассмотреть внутренний двор и, на его счастье, увидеть и боярышню, довольно дородную деву, равную, как показалось Сергию сперва, и вдоль, и поперёк, с плоским, невыразительным лицом и с брезгливо оттопыренной нижней губой, и разряженную так, что хошь-не хошь, а улыбнёшься. Чуть погодя выяснилась и причина её появления во дворе – несчастная холопка, которую боярышня взялась учить лично, смачно и целенаправленно ударяя её кулаком в лицо. Уклоняться дева-холопка и не смела, зная, что только раззадорит этим хозяйку и продлит экзекуцию.

Отведя душу, боярышня победно оглядела двор и случайно встретилась взглядом с Сергием, который делал вид, что ведёт разговор со знакомым. Что уж она увидела в его взгляде на неё, так и останется неизвестным, но заверещала она на манер недорезанной свиньи, и бывшие во дворе холопы кинулись затворять ворота.

– И как замертво-то не упала? – хмыкнул десятник. – Прожёг ты её, насквозь прожёг. Видно, сало оборонило, что на боках висит.

Но ноги давай-ка уносить, а то как бы её папаша нам обедню у князя не испортил. Это же княжий постельничий, насколько я в прапорах смыслю?

– Он, – кивнул Сергий. – Это её мне в жёны родители наметили. Да я лучше в монахи подамся, чем с этой кикиморой жить, – насколько возможно быстро уходя по улице обратно, с горечью сказал он.

Уже поворачивая за угол, увидели они, как из ворот выскочил парень, но, на их счастье, глянул сперва в другую сторону улицы, а когда развернулся в их сторону, их уже и след простыл.

После обеда Сергий в сопровождении Русина отбыл на княжий двор и уже через полчаса входил в горницу князя. Когда гридь отворил двери в горницу, теремной боярин Елизар Непеца громко провозгласил: «Боярин Сергий Волк, сын Дмитриев, с сопровождающими». Сергий с Русином вошли в двери и, пройдя вперёд, остановились в пяти шагах от помоста, на котором сидел князь с княгиней.

– Здрав буде, княже, – поклонились Сергий и Русин. – Здрава будь, матушка княгиня.

– О-о, здрав будь, – поднялся навстречу Сергию князь и бережно обнял его. – Рад видеть тебя, боярин, в добром здравии. Слухи разные ходили, а ты, стало быть, наперекор слухам. Молодец. Молодец! Поднялся-таки. Ну, проси, что хочешь, отказу не будет.

– Благодарствую, княже, – снова склонился Сергий, – токмо я долг свой исполнял. Просто доброго слова будет достаточно.

– Ничего. Оклемаешься, чего-нибудь да захочется, – усмехнулся князь.