Рай начинается вчера

– Ты меня правильно понимаешь, Михай, – прищурился он и осторожно, словно боясь согнуть вилку, положил ее на стол. – Правильно!

– Их там, кажется, три «брата-акробата»? – пристально посмотрел я на него.

– Вот потому я и пришел к тебе, как… как к старому корешу, – кивнул Боря, и голос его при этом слегка дрогнул. – «Стечкин» мне, Михай, нужен… Ну и, если можно, «яблочко» одно! На второе рук не хватит, – серьезно посмотрел он на меня. – Помоги, брат! По своим каналам я все это не сразу надыбаю… Да и засветиться могу раньше, чем надыбаю.

Промолчав, я закурил.

– Я понимаю, Михай! Все понимаю! – торопливо заговорил он, словно боясь остановиться. – Ты тогда все на себя взял… За всех «паровозом» потянул!

– Взял, не взял, какая теперь разница? – вяло махнул я рукой. – Наверное, так надо было.

– Дело не в том, как надо было. Не в том! – чуть приподнявшись, остановил он меня жестом. – Прошу, выслушай! Не тормози меня!.. Я все эти долгие годы хотел увидеть тебя и поговорить. Долгие годы хотел и боялся этого разговора нашего! Но лучше поздно, чем никогда! Ты для меня, оказывается, был единственным другом! Единственным, кому я полностью доверял! Но тогда все пошло как-то не так! Все не так!!! Будь они прокляты те деньги! Этому выродку Гуне, видать, мало доли его показалось! Вот он и потянул их из схрона! Ничего не оставил гнида! А тут узнаю, что тебя взяли!.

. Испугался я!.. Запаниковал!

– Слушай, Боря, зачем ворошить то, что быльем поросло? Да Бог с теми деньгами. Забыли!

– Не поросло, Михай!!! Не поросло! Это, как ты говоришь, «былье» совесть моя пропахивает! И еще как пропахивает! Я в жизни своей много чего не так делал, но крысой никогда не был и корешей своих никогда не кидал! А он, Михай, все потянул! – со злобой повторил он.

 – Как только узнал, гнида?!. Но нашел я его! По «сочам» травил он с шалавами наше бабло, мразь! Видит Бог, по-хорошему я хотел… – дрогнул его голос.

– А он давай гнать да на бас брать: «Мол, кореша своего спроси!» Да что там говорить! – вновь налил он себе.

 – Рыпнулся он тогда на меня, да, видно, не рассчитал… Пришил я его!!! Кровь на себя взял!!! – выпил он залпом. – А вскоре и сам загремел. На хате одной засыпался! Ну и поволокло меня, как по кочкам… Фарт как отвернулся! А когда откинулся… А-а! – махнул он рукой.

– Устал я, Михай! От всего устал. С чего встал, на то и сел… Вернулся я в родительский дом. Мать к тому времени уже умерла, а из родных сеструха Зойка одна… Ты знаешь ее. Да племянница Настя.