АнтиБожественная комедия

Об этом многие думают, когда я несу их души в Преисподнюю.

– Вы же Герцог Элигос? Великий Герцог Ада и глава шестидесяти легионов демонов?

– Верно, – удивился Элигос, сбавив скорость. – Откуда тебе это известно?

– Читал гримуар Соломона. Там про вас много написано. Не думал, что легенды из Лемегетона реальны.

– Вот удивляете вы меня, люди. Столько знаете, а все равно умудряетесь грешить, – хохотнул Герцог, увернувшись от сгустка пламени, летящего навстречу, и пояснив мне: – За очередной душой полетели. Не обращай внимания.

– Ладно. А что значили слова Петра, якобы он думать будет насчет меня? Или это враки, чтобы грешнику не так страшно было?

– Считай себя заочно осужденным. Петр редко меняет решение. Отсюда мало кто выбирался, человек.

– Вот вы любите пафос, я смотрю. Загадками говорите, собственное величие превозносите.

Но демон перебил мои ехидные комментарии.

– А зачем ты своими яйцами о нос друга терся? – внезапно спросил он, заставив меня покраснеть.

– Шутка была. Он меня как-то слабительным опоил, когда я пьяный был.

Думаешь, я слишком милостиво к нему отнесся? Надо было в рот засунуть, чтобы он проснулся?

– Плохая идея, – засмеялся Элигос, лавируя в потоке огня. – Скорее всего, он бы просто откусил тебе яйца, и все. От неожиданности.

– Эх, сам Боженька, видать, уберег от глупости, – буркнул я, вознеся неслышную молитву Всевышнему. Но Герцог недовольно зашипел, прочитав мои мысли.

– Еще раз услышу слово на букву Б, отправлю тебя к моему другу Бегемоту.

Он любит нежных мальчиков. Хотя, сам с ним познакомишься скоро, – предупредил демон, опустившись на дощатую площадку посередине огненного озера. Он резко швырнул меня на доски, а сам, тяжело топая, направился в сторону седого старика, сидящего за грязным столом.

– Сеир.

– Элигос, – буркнул старик, сладко потянувшись. Рядом с ним, на столе, сидела маленькая зеленая ящерка, которая сейчас спала, высунув кончик языка из своей пасти. Мой сопровождающий не сдержал позыв и резко схватил животное за торчащий отросток.

Ящерица мгновенно проснулась и уставилась сонным взглядом на Герцога. Тот хохотнул и ласково погладил ее.

– Все спит, соня.

– Не трогай Эмноха. Ему еще девиц мучить сегодня в ночную смену, – скривился тот, кого звали Сеиром. Наконец его белые глаза уставились на меня и принялись изучать с особой внимательностью. Спустя полчаса Сеир в конце концов открыл рот, дабы сказать: – Грешный мальчик, Элигос. Петр тебя любит, я смотрю.