Белое перо

Зато место нашлось крепкому столу с лакированной крышкой, протертой в тех местах, куда монахини клали локти, крепкому стулу с жестким седалищем, шкафу со старыми книгами и старенькому компьютеру, который немного портил вид кабинета ненужной современностью.

Монахиня указала рукой на два стула, напротив стола, и, заняв свое место, взяла в руки розарий, после чего обратила взгляд на притихшую Викторию, которая изучала кабинет удивленными глазами. Мать Доминика улыбнулась и, слабо постучав пальцами по столу, привлекла внимание девушки.

– Что привело тебя сюда, дитя? – спросила она, когда завладела вниманием Виктории.

– Матушка, я ищу своих родителей, – без лишних прелюдий ответила она. – Я знаю, что приют святой Агнессы был моим первым домом. Значит, у вас есть сведения о моих родителях.

– Я понимаю тебя, как понимаю и то, что ты хочешь здесь найти, – спустя минуту, ответила монахиня. – Но мы не имеем права сообщать воспитанницам, пусть и бывшим, конфиденциальные сведения.

– Не имеете или не хотите, сестра? – спросил Элигос, закинув ногу на ногу. Глаза демона мрачно отражали свечи, а в воздухе ощутимо запахло угрозой, когда он произнес эти слова совершенно будничным голосом. Монахиня тряхнула головой, прогоняя наваждение, и, сжав четки, вздохнула.

– Не могу. Я, как и все сестры, давала клятву. Для нас, господин Элай, это не просто слова.

– Охотно верю, сестра. Вы, как и все слуги Отца, очень трепетно относитесь к клятвам. Что, однако, не мешает вам их нарушать.

– Простите, я не…

– Я не закончил, сестра, – мягко перебил её Элигос, но лицо демона было очень серьезным. Как и взгляд, который он не сводил с монахини. – Я думаю, что нам нужно поговорить наедине. Виктория, оставь нас, пожалуйста.

– Но…

– Он прав, дитя, – кивнула мать-настоятельница, улыбнувшись девушке. – На заднем дворе еще стоит твоя любимая беседка, увитая плющом.

– Правда? – Виктория всхлипнула и, сжав губы, криво улыбнулась. – Я же так любила там читать.

– Да, я помню. Ты пропадала там каждую свободную минуту и сидела до самой темноты. Возможно, там ты обретешь спокойствие, которого сейчас нет в твоей душе.

– Я скоро приду, – заверил её Элигос и, дождавшись, когда девушка покинет кабинет, встал со стула и подошел к тяжелому бронзовому кресту, стоящему на каминной полке.

Демон внимательно изучил его и, вздохнув, вернулся на стул, после чего повернулся к матери настоятельнице.