Записки влюбленного солдата

Недолго думая, я отправил ему телеграмму. В ней я обрисовал положение, в котором оказался из-за административных проволочек, и прямо заявил о своих намерениях.

Ответ от полковника пришел уже на следующий день. Он писал: «Я беру вас в полк. Будем воевать вместе. Нет необходимости ехать в Алжир. Воевать предстоит во Франции. Полк входит в состав Рейнской армии, туда вам и следует прибыть. Вы прирожденный кавалерист. В вас течет кровь д’Аронделей, и, значит, солдатскому ремеслу вы обучитесь за несколько дней».

Я решил не встречаться с Сюзанной, пока не придет ответ от полковника, а получив его, сразу помчался к ней.

– Я вчера весь день вас ждала, – сказала она, – а сегодня уже и не жду.

Не говоря ни слова, я протянул ей телеграмму.

Направляясь к ней, я не знал, какой прием она для меня приготовила, и оттого испытывал сильное беспокойство. Но вышло все так, как я и представить себе не мог.

– Мама, – обратилась она к своей матери, даже не взглянув в мою сторону, – я бы хотела отправиться верхом на прогулку с господином д’Аронделем, ты ведь разрешишь мне, не так ли?

Затем, обратившись ко мне, она произнесла:

– Если вы не против, то через полчаса я буду готова.

Я привык к ее сдержанности, но в этот раз ее спокойствие меня насторожило. Что оно могло означать?

– Куда отправимся? – спросила она, сидя на лошади.

– В Оссен.

– Почему в Оссен? Ведь дорога вся пересохла.

– Я хотел бы вернуться в то место, которое мы проезжали по пути в Бетаррам.

– Ах, вот как.

Я думал, что она хочет со мной поговорить, но мы целый час ехали бок о бок, так и не сказав друг другу ни слова. Боже, как она была красива, когда в своем платье амазонки и крохотной фетровой шляпке покачивалась в седле в такт движению лошади, а ее грудь при этом ритмично вздымалась.

Наконец мы добрались до того места, где во время поездки в Бетаррам она прижала свою ногу к моей.

– Вам это место ни о чем не напоминает? – спросил я.

– Вы думаете, что я забыла? Я никогда, слышите, никогда ничего не забываю.

После этих слов она бросила поводья и протянула мне руку:

– Господин д’Арондель, вы настоящий мужчина.

– Однако на сердце у меня неспокойно.

– У меня тоже, во всяком случае, мне так кажется, но зато с головой у меня все в порядке. Мое признание, возможно, вас удивило, но можете не сомневаться, оно было тщательно продумано.