Соргемия

Серые, почти прозрачные глаза, сверкнули недобрым огоньком. Фортиз выпрямился, взял из рук Кио персональное устройство и быстрым шагом последовал за остальными.

Кио выдохнула. У неё получилось. Она летит на Землю.

– Капитан, что это только что было?

Фортиз догнал Нима Вайза у выхода.

– А что тебя смутило?

– Это шутка? У нас ни единой причины, чтобы брать её на борт. Она не подготовлена по всем статьям. Это практически человек с улицы, к тому же с распределением на шахтёр. Насколько я знаю, Ним Вайз берёт в свою команду только профессионалов.

Капитан забрал у робота сумку с вещами и повернулся к помощнику.

– Фортиз, я знаю тебя довольно давно, тогда ты ещё учился в академии, а мы с твоим отцом частенько пропускали по стаканчику в центрийских забегаловках. Ты стал мне первоклассным первым помощником и, не побоюсь этого сказать, именно благодаря тебе мы получили разрешение на эту миссию. Я могу тебе доверить не только корабль, но и жизнь. Но сейчас ты видишь сам, какая ситуация происходит.

Фортиз нервно облизал губы.

– При всём уважении капитан, если что-то в полёте пойдёт не так, то угадайте, на кого полетят все шишки. Вы просто подставляете девчонку, вот и всё.

– Раз так за неё переживаешь, предоставлю тебе возможность курировать её деятельность.

Глава 3

Кио с восторгом сообщила родным о том, что летит на Землю. Мама плакала, отец светился гордостью, Мик тоже обрадовался, но все они с трудом скрывали беспокойство – главные испытания ещё предстояли.

Кио запрятала телекинез как можно дальше, чтобы ни одна его частичка не проявилась в дороге. Здесь, на планете, в привычном мире, казалось, не сложно сдержать способность, но стоит взойти на борт судна, и всё изменится.

Около пятидесяти парвисов ожидали пассажиров на парковке. Ровно, как и в ангаре, Кио выбрала один из них, назначив конечной точкой необходимый док.

Эйфория сменилась сосредоточенностью. Контроль превыше всего. Фортиз мог стать проблемой. Его недовольство принятым решением о многом говорило. Во-первых, он занимал весомое место подле капитана, раз мог так открыто, при других членах экипажа противиться его выбору.