Ричард Длинные Руки – рауграф

При нашем появлении не утерпел и наклонился в нашу сторону, глаза с живейшим интересом обшаривали мое лицо и мою фигуру. Я незаметно напряг мышцы, хоть он и не женщина, перед той бы я вздул все, что могу, но все равно пусть видит, что я крут и силен.

Я рассматривал его с небрежностью лорда, встретившего на дороге торговца глиняными горшками. Высокий, худой, с острыми ушами на голом черепе, губы вымазаны синей краской, над переносицей такая же синяя точка, словно ткнули испачканным пальцем, но в целом лицо чистое, умное, злое, на тонких губах презрительная усмешка.

Не считая дурацкого халата, одет достаточно просто, здесь пускать пыль в глаза некуда, пещера любого признает господином. На пальцах кольца, но без огромных драгоценных камней.

– Это и есть тот, – произнес он с интересом, – который прошел через все преграды, а поймали его в самом конце? Поставить его на колени!

Страж ударил меня в спину:

– На колени перед господином!

Я возразил:

– Никто меня не ловил, я добровольно сдал оружие, чтобы ничто не мешало переговорам.

Воин снова ударил в спину, а второй замахнулся топором:

– На колени, тварь, или разрублю пополам!

Я уже торопливо входил в ускоренное состоянии, когда всего трясет, слова опережают друг друга, а мысли несутся хаотично. Голова разогрелась, как камень на горящих углях, кровь кипит, я одной рукой схватил за горло орла, что бил в спину, другой перехватил топор второго, выдернул и, уронив на пол, шарахнул обоих лбами.

Раздался треск, тут же я услышал характерный щелчок стальных тетив арбалетов. Уклонившись от первой стрелы, навстречу второй толкнул потерявшего топор. Стрела ударила несчастного в грудь, а я, подхватив его оружие, развернулся и красиво снес шлем с третьего стража.

Оглушенный, он улетел вслед за шлемом. Я бросил топор под ноги и сказал громко:

– Я разве не говорил, чтобы вооружились получше?

Между мной и магом затрепетала едва видимая глазу мерцающая завеса.

– Погоди, – сказал я быстро. – Я не драться пришел. Хотя, конечно, весь склад древних вещей я уничтожил, не спорю.

Он вздрогнул, невольно привстал, глаза его впились горящим взглядом в мое лицо.

– Что? Это невозможно!

– Хочешь узнать как? – спросил я. – Тогда слушай и других. Одиночки всегда проигрывают коллективу. А коллектив – это я.