Все женщины – химеры

 – Да где у меня прятаться? Дворец, что ли? Обыщите все норки…

– Сейчас сообщат, – заверил он, оглянулся, прислушался. – После этой вашей адской музыки в ушах грохот…

– Это ваш Синенко поскользнулся, – ответил я.

Он спросил быстро:

– На чем?

Я пожал плечами.

– Ваша Мариэтта чего-то испугалась, на том самом сержант и поскользнулся.

Он поморщился.

– Грубо теперь молодежь шутит.

– А вам сколько? – спросил я.

– Я старше вас на пять лет, – ответил он высокомерно. – Между нами целая эпоха иной морали, технического развития, других взглядов и отношения к миру.

– Конечно, – буркнул я, – у вас, стариков, более правильное… Вы инквизицию еще застали?

Ответить он не успел, из гостиной влетела Мариэтта с расширенными глазами, на белых сапожках красиво расцветают, как дивные алые цветы, крупные капли крови.

– Там… Там… Там убитые! Еще теплые!

Рука Карлашева дернулась к пистолету, словно у Гиммлера при слове «культура».

– Что-о?.. Где Синенко?

– Осматривает, – ответила она и вздрогнула.

Карлашев покосился в мою сторону. В дверном проеме показался сержант.

– Даже так? Вызовите экспертов.

– Уже, – ответила она. – По экстренному. Через семь минут вертолет сядет у входа. Итак, Евген… это ваше настоящее имя? Что вы скажете о трупах в вашем доме? Я успела увидеть двух… но, возможно, есть еще?

Я подскочил, сам чувствую, как глаза стали дикими, а волосы поднялись дыбом, хорошо реагирую, молодец, какой великий актер во мне погибает, почище Нерона.

– Что-о?о?

Мариэтта и Синенко переглянулись, а представитель полиции Юго-Западного округа повторил раздельно:

– Вам же сказано, два… трупа… свежие… еще теплые… в лужах крови…

Ящеренок сердито зашипел на него, устрашающе раскрыв красную и пока беззубую пащечку.

Я вскрикнул:

– Так зачем вы их мне принесли?.. Или вы их на месте убили?.. Так у меня не было гостей! Это все ваши провокации!.

Синенко сказал быстро:

– Посмотрю там еще… Там просто бойня была!.. Все стены исковыряли пулями!.. Это же надо… Красиво живешь, Юджин!

Он исчез, Карлашев не сводил с меня прицельного взгляда холодных глаз. С какой бы скоростью пистолет ни возникал у меня в ладони, но, боюсь, этот натренированный модник успеет выхватить свой из кобуры скрытого ношения раньше меня. Тем более выстрелить.