Ричард Длинные Руки. В западне

Смотрят со страхом и ненавистью, но это тот страх, что не помешает броситься на меня с оружием в руках.

Я повернулся и сказал в глубину салона:

– Пусть мне подготовят апартаменты. Я прибуду через пару дней. Тогда и перетрем кое-какие вопросы насчет будущего… Маркус, пандус!

Багровый трап, покрытый красным бархатом высшего качества, не отличишь от настоящего, выдвинулся из багрового днища и со стуком ударился толстым краем в землю прямо перед каретой.

Император все же выглянул, но успел только увидеть, как меня на трапе стремительно внесло в зловеще разомкнувшуюся щель в корпусе чудовищно огромной Багровой Звезды Зла.

Как только за моей спиной диафрагма сомкнулась, я сказал быстро:

– Маркус, вверх!

Зелень за окнами моментально сменилась голубизной, я перевел дух, а из тоннеля поспешно выступил Карл-Антон.

– Как прошло?..

– Почти договорились, – ответил я с облегчением. – В карете он был откровеннее. А вы смотритесь уже неплохо. И даже лицо округлилось… Мне бы так!

Он коротко усмехнулся.

– В нашем мире восстанавливаться как можно быстрее просто необходимо. Вопрос жизни и смерти.

– У вас получается прекрасно, – сказал я. – В общем, можно обратно в Клонзейд…

– Разве?

– А что мешает?

– Возникнет впечатление, – пояснил он, – что вы с появлением настоящего императора исчезли, как дым. Надо пробыть во дворце хотя бы сутки, показывая, что и вы здесь, несмотря на возвращение императора, не последний человек.

– Деликатный вопрос, – признал я. – Как не задевая гордости императора… гм… вообще-то я, как чуял, успел сориентироваться. Сказал ему, чтобы для меня подготовили апартаменты. Через пару дней нанесу визит…

Он воскликнул:

– Так и сказали? Прекрасно. По размеру апартаментов будет видно, как относятся к вам. В королевских дворцах все строго регламентировано, а в императорском вообще…

– Да, – согласился я, – вы правы. Лучше все-таки застолбить свое присутствие.

Арбогастр примчался на свист, фыркнул на Бобика, тот по-царски возлежит у моих ног и показывает всем видом, что здесь и живет, а всякие лошади пусть там, где прочие животные…

– Встряхнись, – велел я, – прими гордый вид. Надеюсь, император уже въехал в пенаты, да и страсти малость стихли… Маркус, давай вниз, высади нас там у края провала.