Ричард Длинные Руки. Удар в спину

Получилось достаточно величественно, даже значительнее, чем у молодых щеголей с пышными шляпами в руках и веером развевающихся перьев. У них получается несколько суетливо, а в сэре Джулиане чувствуется старая добрая школа.

Женщины откровенно спешат навстречу, приседают, все такие счастливые, радостные, готовые и меня обрадовать всячески, как только восхочу, это в их глазах и на их полыхающих румянцем щечках.

– Леди Эльзивелла, – сказал я, – леди Мирриганна… а вы… ах да, баронесса Истольская…

Они еще больше краснели, польщенные, что сам император запомнил их имена, смотрели снизу вверх с тем ожиданием на лицах и в позах, что вот сейчас же побегут в постель, стоит только сделать знак, а я со щемом понимал, что вот получил то, о чем большинство мужчин только мечтает: все женщины – мои, но, когда смотрю на этот бескрайний океан склоненных головок с затейливыми прическами и одинаковые низкие вырезы платьев с сочными вторичными признаками, с тоской понимаю…

Хотя даже не понимаю, а даже чувствую, что лучше даже не начинать.

Странно, это же вроде вершина, никто из женщин не перечит, как раз все напротив, каждая стремится попасть в постель к императору, но что во мне за северное варварство?

Добрался до сада, но пришла мысль, что нужно начать со скайбагеров, потом как-то искать подступы к тем таинственным машинам, что роются очень глубоко под землей, возможно, даже в мантии.

Думаю, там не просто машины, а целые автоматические заводы, что собирают рассеянные элементы редкоземельных материалов и тупо подают их на поверхность, хотя заказавшие эту работу хозяева давно сгинули…

На обратном пути женщин впятеро больше, я двигался, как через живой цветник, все в розовых платьях, нежно-голубых, солнечно-оранжевых, нигде ни единого темного цвета, все такие радостные и ласкающие взор, вырезы на платьях настолько широкие и глубокие, что вот-вот оттуда выпрыгнут эти ограниченные краем платья нежные полушария, что так и просятся в мои ладони.

Я не увидел ни Мишеллу, ни Жанну-Антуанетту, тем более здесь не будет герцогини Самантеллы, но, чтобы не проходить мимо совсем уж надутым индюком, улыбнулся леди Эльзивелле, известной мне как ближайшая подруга Мишеллы.

– Говорят, красота поддерживает дистанцию?

Она изумленно вскинула длинные ресницы подведенных черной краской век, поспешно заулыбалась еще шире.