Ричард Длинные Руки – штатгалтер

Но не совсем?

Она всматривалась в меня с прежним ожиданием, я даже не понимал, чего ждет, но что-то здесь не то, обычно женщина иначе реагирует на мужчину, который среди ночи лезет в ее спальню через окно. На незнакомого мужчину, имею в виду.

– Вы не простой грабитель, – определила она.

– Спасибо, – ответил я. – Вам здесь ничего не показалось странным?

Она медленно качнула головой.

– А если и так… почему вам это интересно?

– У меня свои причуды, – ответил я. – Возможно, наши интересы совпадают в чем-то и как-то.

Она покачала головой.

– Вы влезаете через окно и сразу начинаете допрос. Это я должна спрашивать.

– Нет, – возразил я мягко, – я здесь как раз для того, чтобы разузнать кое-что.

– Что?

– Нечто, – ответил я веско. – Некие силы… из почтения не скажу, какие именно, вы женщина и сами догадаетесь, заинтересовались этим замком.

– Почему?

Я сказал значительно:

– Им виднее. Если здесь все хорошо, то о нем забудут, а если что-то не так, его просто смахнут с лица земли.

Она вздрогнула, зябко повела плечами.

– Какие страшные вещи говорите…

– Жизнь вообще-то страшная штука, – сообщил я ей новость. – Сен-Мари всегда было мирным и сонным королевством, а потом началось нападение варваров, осадивших столицу, вторжение через внезапно открывшийся Тоннель армландцев, переход на их сторону герцога Брабантского, реформы, но после них маркграф Ричард внезапно покидает королевство со всей армией, Вирланд захватывает трон, но Ричард возвращается… Понятно, что в таком хаосе можно наловить всякой рыбки.

Завороженная моей речью, она вздрогнула при внезапном переходе к вопросу в лоб.

– Сэр… ваша речь выдает в вас благородного человека. Но почему вы… в такой роли?

– Орлам случается и ниже кур спускаться, – проинформировал я, посмотрел на ее напряженное лицо и добавил гордо: – Но курам никогда до облаков не подняться. Леди, если не можете или не хотите сообщить что-то важное, я прошу позволения пройти через вашу спальню в коридор.

– Почему с закрытыми? – изумилась она. – У меня в постели ничего непристойного.

– Хотел бы я в ней понепристойничать, – сказал я со вздохом, – но всегда эти дела, дела, дела… А у вас глаза… очень крупные и выразительные!

Она чуть скосила глаза на свою высокую грудь в низком вырезе платья, а дальше с недоверием смотрела, как я отклеился от стены и пошел через комнату в сторону двери.