Ричард Длинные Руки – фюрст

Я огляделся, кроме десятка бочонков, небольшие пузатые кувшинчики, что еще при первом взгляде привлекли внимание. Десятка три, из них половина из красной глины, половина из белой. Я нарочито пересчитал, все верно: семнадцать красных, семнадцать белых. И еще огромное количество лежит, зияя пустыми горлышками, вперемешку у высокого бордюра.

Ганшилд, не дожидаясь команды, ринулся в остервенении резать кожаные ремни, скрепляющие катапульты, а Юрген и Яков поглядывали с обеспокоенностью, как я осторожно поднял один кувшинчик с закупоренным горлышком, потом другой, уже иного цвета.

– Милорд, – произнес Юрген вопросительно.

– Их тоже возьмем, – сказал я, – вроде бы догадываюсь…

Яков проговорил вздрагивающим голосом:

– Милорд, пора уходить…

– Ты прав, – согласился я. – Юрген, бери вот этот красный и этот белый. Смотри, не споткнись! Сам погибнешь, не жалко, но всех поджаришь… Сэр Дэвид, хватит дурачиться, уходим.

Ганшилд оглянулся, злой и растерянный.

– Сэр, мы еще не уничтожили катапульты!

– Уничтожим, – пообещал я. – Даже больше, чем вы думаете, сэр.

Они спускались первыми, а я набрал из бочки темной жидкости в пустой кувшин, щедро облил катапульты и бочки, не забыв и закупоренные кувшины, потом набрал еще и пошел вниз, оставляя за собой тонкую непрерывную струйку.

Хватило почти до самого низа, я молча восхитился плотностью струи.

– Милорд… огонь высечь?

– Держи кувшины, – сказал я строго и добавил: – А я уже поджег, не видишь?

И, загородив начало струйки своим телом, бросил искру из ладоней. Жидкость вспыхнула, неторопливый огонек покарабкался наверх.

– Вот теперь оставаться точно нельзя, – сказал я. – Быстро обратно…

Ганшилд все понял, просиял, как начищенный добросовестной хозяйкой медный таз, сказал ликующе:

– Сэр Ричард, возвращаться тем же кружным путем вовсе не обязательно!

– Знаешь лучше?

– Да!

– Веди наше стадо.

Он сказал загадочным шепотом:

– Я знаю, как спуститься со стены прямо к морю… Залезть оттуда нельзя, а вот вниз…

Он оборвал себя на полуслове, на площади появился идущий в нашу сторону мужчина в поблескивающей кирасе.