Ричард Длинные Руки – принц императорской мантии

Я постарался пройти мимо как можно тише, чтобы не нарушать ход его мыслей, но когда почти миновал, он поднял голову и сказал ровным усталым голосом:

– Король Ричард?

Я ответил с вежливым поклоном:

– Монсеньор кардинал?

Сочтя, что этого достаточно, я двинулся было дальше, но кардинал заговорил неспешно и отчетливо с гипнотической мощью и уверенностью:

– Король Ричард, с какой целью вы прибыли?

В полусумраке я рассмотрел расшитую золотом мантию и золотой крест на груди, однако все достаточно скромно, это не похвальба богатством, а лишь регалии, напоминание о высоком сане.

– Монсеньор, – ответил я почтительно, – как мне и велели, я доложу об этом коллегии кардиналов.

Он сказал тем же ровным голосом:

– Я кардинал Бабзани, глава коллегии. С тем же успехом вы можете рассказать все сейчас.

Я ответил еще почтительнее:

– Кардинал, я человек, так сказать, военный. Не воинственный, но военный. А это значит, привык выполнять приказы в точности.

Он поморщился, но кивнул:

– Да-да, вы поступаете верно.

Неразумно, однако верно. Иди с богом, сын мой.

Я поклонился и отбыл, но не мог избавиться от тревожной мысли, что кардинал не случайно как бы изволил отдыхать на моем пути.

Издали донеслось протяжное хоровое пение, я прибавил шаг, широкая арка вывела к переходу в собор, с которого видна площадь. По ней в эту сторону двигается торжественная церемония. Впереди носилок с троном, на котором восседает человек в папском одеянии, на пурпурных подушечках несут роскошную тиару и прочие регалии власти понтифика.

Священники в торжественных белых одеяниях спереди, такие же сзади, множество воздетых к небу крестов, народ толпится на площади, папские солдаты в церемониальном облачении сдерживают с обеих сторон толпу, множество хоругвей с незнакомыми мне символами, хотя, наверное, все относятся к христианству, его древней или даже нынешней истории.

За троном, длинные рукояти которого лежат на плечах дюжины носильщиков тоже в парадных одеждах, шествуют кардиналы.

На этот раз не в традиционно красных одеждах, а тоже в белых, расшитых серебром, как бы подчеркивая старинное правило, что папа всего лишь один из епископов Рима. Думаю, это давно осталось в прошлом, сейчас папа почти земной бог, и даже не представляю, что может пошатнуть его власть, никто в мире вообще-то не представляет такой возможности.

Следом мальчики певчего хора, чистые детские голоса возносят хвалу Господу, насколько я понял.