Ричард Длинные Руки – принц-консорт

Хрейдмар не понял, почему я сразу направился туда твердым шагом царя природы, но арочная форма не может быть случайной, и когда я пересек зал, петляя между острыми зубами, каждый в половину моего роста, там уже проступила из темноты стена, но не каменная, а из затейливо расписанного металла.

Литье настолько искусное или ковка, но металл весь в изысканных узорах, что скорее напоминают мир высшей математики, чем растений или животных, так понятных простому человеку.

Хрейдар шел рядом, я не смотрел в его сторону, но ощутил, как он напрягся без всякой видимой причины.

– Что это? – спросил я.

– Не знаю, – ответил он нервно.

– Странно, – сказал я, – мне показалось, это вы его и сделали.

– Я только почувствовал, – сказал он, защищаясь, – что произойдет что-то… Но что, не понимаю.

– Не шарахнет?

– Это мы должны шарахаться, – ответил он, – лбами, пока не расшибем.

– Стену?

– Да, – сказал он сквозь зубы, – стену. Какая стена выдержит удар рыцарского лба? Что нужно делать?.. Заклинания? Но у меня их сотни, и каждое нужно готовить долго.

– Не знаю, – ответил я. – Был бы у меня мой молот… гм… а так что я могу? Только, будто стал вежливым, подойти и постучать?

Я погрюкал кулаком в металл.

– Эй, там!.. Спите, что ли? Счастье свое проспите!

Маг вздрогнул, о себе вообще молчу, когда через несколько мгновений из-за двери раздался могучий рев:

– Какое счастье?

Голос шел хоть и с той стороны стены, но на высоте в два моих роста.

– Я вот уже здесь! – крикнул я. – Разве это не счастье?.. Посмотрите на меня, и будет вам по полной… Открывайте, а то уйдем, мы не гордые. Или гордые, уже и не помню… А своим хозяевам можете сказать, что барон и баронесса погибли, и больше, наверное, уже не придут с обменным товаром.

За дверью воцарилось долгое молчание, я слышал, как гигант сопит, наконец голос прогрохотал так, что мне восхотелось зажать уши ладонями и присесть:

– Открываю.

Я отступил на пару шагов, маг вообще отбежал чуть ли не на середину зала. Металлическая стена раскололась с сухим треском, я устрашенно увидел настоящий неровный излом, обе половинки пошли в стороны.

Мое спертое дыхание вырвалось из груди с шумом.