Ричард Длинные Руки – пфальцграф

Просто у Его Величества все поставлено с ног на голову. Он держит возле себя тех, за кем нужен глаз да глаз, а верным людям позволяет отлучаться.

Второй рыцарь прогудел басом:

– А особо верным – поручает важные дела.

Она фыркнула:

– Вас он послал на смерть.

Рыцарь проворчал:

– Если послал, значит – так надо. Не дело вассала обсуждать приказы самого короля.

Она стиснула кулачки, гнев вспыхнул, как огонь в сухой соломе, я видел как задержала дыхание, уговаривая себя, что с этими тупыми людьми разговаривать бесполезно.

Они верны королю и верны своему сюзерену, который теперь везет ее, как овцу, обратно в его замок. Он полагает, что везет, как свою добычу…

Я понял ее мысли по ее открытому лицу, проговорил с легким вопросом:

– Леди Беатрисса, вы намекнули, что мне, вот такому, в вашем замке не прожить и минуты…

– Намекнула? – удивилась она. – По моему, я сказала как нельзя яснее.

– Объясните, – попросил я. – Дорогая моя леди.

Она взглянула с брезгливой жалостью.

– Дорогая, вы правы, но не ваша. А вас так часто били по голове, что вышибли остатки того, что могло бы стать при удачном стечении обстоятельств зачатками мозга?.. Впрочем, это участь всех рыцарей… Особенно плохих. Если вам неясно ваше положение, то как вдолбить, что убьют сразу же, как только вы въедете под арку ворот? Все увидят, что возвращается враг.

– Почему, – пробормотал я, – именно враг?

– Потому что это замок барона де Бражеллена!

– Барон убит за измену, – напомнил я.

 – За измену законной помазанной власти. К тому же не убит, я неправильно выразился, извините за умное слово, а пал в бою, что две большие разницы. Даже можно три. Если уж совсем точно, это случилось на турнире, что можно толковать вообще, как несчастный случай.

– Замок принадлежит мне, – сказала она твердо.

Я кивнул:

– Знаю. Но вы… дорогая не моя леди, разве тоже изменница?

Она ответила надменно:

– В любом случае жена должна идти за мужем.

– Хорошо, – произнес я холодно, – что мы не в Индии.

Рыцари сидят притихшие, никто даже не двигается, между нами двумя проскакивают молнии, вот-вот грянет такой гром, что расколет небо.

Глава 7

В минуты просветления я говорил себе в великом раздражении, что я абсолютнейший дурак, кретин, даже идиот. Единственное, что меня должно интересовать в том замке, эта потайная комната герцога Луганера, и потому я сам заинтересован, чтобы добраться туда побыстрее.