Ричард Длинные Руки – майордом

 – Что беззащитная, как прекрасная роза…

Она прошептала:

– Как? А мои шипы?

– Ты всегда, – сказал я, – колола ими при каждом удобном… и неудобном тоже… но в этом злом мире срывают и розы.

Она продолжала упираться мне в грудь обеими руками, но ее руки все слабели, и она медленно приближалась ко мне. Я чувствовал то странное очарование, что всегда охватывало меня в ее присутствии. Раньше мы оставались по разные стороны некой баррикады, держаться было легче, а сейчас между нами никаких барьеров…

Я сделал над собой колоссальное усилие, мои руки начали деревянно опускать ее легкое тело, пока туфельки не коснулись пола.

Родриго все это время не шевелился и ничего не говорил. Я вспомнил, ему на самом деле уже пятнадцать лет, понимает больше, чем можно подумать, глядя на его невинное детское лицо.

Бросил на него взгляд, но Родриго ответил чистой и преданной улыбкой. В конце концов, я хоть и разорил их родовое гнездо и велел срыть их замок, зато ему позволил расти и стать рыцарем, как он мечтал, а не оставаться вечно в теле милого пятилетнего малыша.

Из-под обшлагов его костюмчика кокетливо выглядывают большие розовые манжеты. Чтобы не смотреть на Дженифер, я присел перед ним и поинтересовался:

– Хочешь быть капитаном корабля?

– Хочу! – ответил Родриго, не задумываясь.

За спиной я услышал долгий печальный вздох, потом Дженифер спросила вроде бы с изумлением, но на самом деле с полнейшим равнодушием, только чтобы показать, что и она пришла в себя:

– Что за дикая мысль? Почему именно капитаном?

– Не знаю, – признался я. – Вдруг показалось… с детства запомнил один стих про капитанов, там есть такие строки:

…Или бунт на борту обнаружив, Из-за пазухи рвет пистолет, Так что сыплется золото с кружев Розоватых брабантских манжет…

Она посмотрела на розовые манжеты Родриго.

– В Брабанте, – возразила со смехом, – кружева делают не только розовые! Если бы не было неприличием пригласить вас в мою комнату, я бы вам показала всякие…

Я посмотрел в ее вырез платья, Дженифер поняла мой взгляд и густо покраснела.