Ричард Длинные Руки – курпринц

– Ваше высочество, – произнес он, замедляя шаг, – это в самом деле мои родители…

– Сэр Кунинг… – сказал я, однако Зигфрид прервал:

– Это не Кунинги, ваше высочество.

Женщина испуганно вскрикнула, ее супруг взглянул на меня так, словно уже уклоняется от моего меча.

Я спросил медленно:

– Ты хочешь сказать…

Он кивнул.

– Да, они… не люди.

Те, кто выдавал себя за супругов Кунингов, поспешно отступили от меня, но Зигфрид сказал им поспешно:

– Его высочество все знает. И про меня, и про вас.

Они оба изменились в лицах, на меня уставились с еще большим страхом и непониманием. Наконец «сэр Кунинг» проговорил, запинаясь:

– Но… как ты…

– Пришлось, – ответил ему Зигфрид. – Ничего не изменилось. Я так же служу его высочеству, как и служил. Потому… все гораздо проще. Не нужно что-то придумывать и скрываться. Его высочество знает, что я – демон, младенцем подброшенный вами в семью сэра Кунинга. Там я вырос и так бы и не узнал, что я не человек, если бы не случайность…

Я сказал как можно более спокойным тоном:

– Да, все верно, я это знаю.

Они все трое замолчали, только переглядывались, наконец Зигфрид проговорил несколько сдавленным голосом:

– Не совсем так, ваше высочество.

– При родителях, – напомнил я, – ты можешь обращаться ко мне, как и наедине, по имени.

– Спасибо, – произнес он, – они будут польщены. Однако, ваше высочество, лучше я буду так, потому что вся сложность в том, что… они прибыли не для того, чтобы повидаться.

– А зачем, – спросил я, – если это не совсем секрет?

Он покачал головой.

– Для вас нет секретов, ваше высочество.

– Говори.

– Они уговаривают меня… вернуться.

Улыбка его была невеселая и чуточку виноватая, словно в чем-то подводит меня.

Я переспросил в некотором недоумении, хотя подсознательно догадывался, зачем явились его биологические родители.

– Вернуться… в их племя?

– Да.

– Но разве не они тебя выпустили… в свободный полет?

Он тяжело вздохнул.

– Да, но… так уж получилось. Оказывается, нас не просто мало, а совсем мало. И когда погибли еще двое из наших, то… остался из молодых я один.

Я переспросил:

– Последний из могикан? В смысле, из своего племени?

– Да, – ответил он невесело, – я последний.

Я посмотрел на Сулливана, тот вообще ошалел, он и про Зигфрида слышит впервые, а я сказал:

– Знаете, такие вопросы на ходу не весьма.