Ричард Длинные Руки – курпринц

– Ричард, – сказал Зигфрид, нехотя вспомнив про мое требование к старым друзьям обращаться по имени, – это свинство! Я должен в любое помещение входить первым, иначе какой я телохранитель!

– Здесь меня никто не ждал, – напомнил я, – а чтобы подготовить покушение, нужно столько времени и усилий, что мы отсюда уйдем раньше, чем гнусный враг узнает, где мы прячем деньги и шкуры.

Не слушая меня, он прошелся вдоль стен, ощупывая их не только взглядом, но кое-где простукивая кулаком или костяшками пальцев, но двигался быстрее, не замирал, как я, перед стеной, рассматривая ее бараньим взглядом.

Я все еще пытался понять, зачем это было сделано, а он возник за моей спиной, спросил тревожно:

– Что-то чуете?

– Да, – ответил я.

– Ловушка?

– Пока не понял, – ответил я.

Он обернулся и посмотрел на меня очень внимательно.

– Сэр Ричард… а вы случайно не…

– Совершенно не, – ответил я. – Но я паладин.

Он пробормотал:

– Паладины вроде бы только лечат…

– У тебя устаревшие сведения, – сказал я.

– Довез до города, – сказал он быстро и отвел взгляд, – дал ей немножко монет и оставил.

– Ну и молодец, – одобрил я, – а то мог бы нянчиться и дальше. Иногда такая дурь на всех нас находит.

Он покачал головой.

– Мы должны спасать… а вытирают носы себе пусть сами.

Оба окна выходят на ту сторону двора, где стена и земля вокруг страшно оплавлены, но человек ко всему привыкает, иначе бы сэр Джордан давно бы отсюда убежал, бросив бы даже замок.

Я прошелся по комнате, стараясь понять, что в ней такого, из-за чего по спине прокатываются волны предостерегающего холода. Еще не сигнал об опасности, просто предостережение, мол, здесь на самом деле не все такое, каким выглядит.

Окна красивые и соразмеренные, но слишком далеко одно от другого, между ними должно быть еще одно, если мне как-то не изменяет мое врожденное, но обычно сильно дремлющее, а то и вовсе часто впадающее в спячку эстетическое чутье.

Подошел ближе к этому месту, что-то в нем неправильное, осмотрелся, вроде бы едва заметная дымка, слегка мерцающая, как будто комары толкутся в теплом вечернем воздухе, пощупал стену.

Там за примитивным гобеленом каменная кладка, однако камни несколько иные, то ли гранит и песчаник, то ли одни обработаны чем-то, а другие нет, но когда провожу пальцами по стене, перед глазами обрисовывается контур…

…нет, не окна.