Ричард Длинные Руки – гроссграф

Макиннон, чванясь и задирая нос, сказал ему громко и очень отчетливо:

– Сэр Гриннер, вы неплохой служака, но… если посмотрите во-о-он в том направлении… Эх, стены загораживают, то увидели бы там крепость самого могучего из всех магов на свете… Эх, что это я говорю? Нет там больше никакого мага. И крепости отныне нет! Сэр Ричард с армией демонов, которых свет еще не видел, разнес крепость колдуна, поразил его своей недрогнувшей рукой, а затем и всю гору одним мановением опустил в преисподнюю!

Офицер медленно бледнел, тупо таращил глаза.

– К-к-к-как это м-м-м-огло пр-р-роизойти?

Макиннон сказал весело:

– А восхотелось сэру Ричарду смести с земли Верховного Мага и самому побыть им. Просто так, ради интереса. Сейчас он добр ввиду победы, хоть и пустяковой для него, но доброта…. может продержаться недолго. Вы меня поняли, сэр?

Последние слова он произнес настолько угрожающим тоном, что офицер и его солдаты только мгновение смотрели на него оторопело, затем их как ветром сдуло.

Макиннон победно усмехнулся, мы проехали в ворота. Из окон построек высовывались головы прислуги и челяди, но никто не выскочил, никто не сказал ни слова, что во всегда шумном и веселом дворце герцога как-то непривычно.

Мы пересекли огромный двор, Макиннон ворчал, что это уже слишком, здесь всегда было так красиво и празднично, ну нельзя такую красоту рушить даже из государственной необходимости.

На меня он посматривал вопросительно, стараясь угадать ход моих мыслей.

На ступеньках у входа во дворец расположились четверо гвардейцев. Один держал в руках стаканчик с игральными костями, трое следили за нашим приближением. Я полагал, что попробуют воспрепятствовать, но они лишь вытянулись и уставились испуганными глазами.

– Что, – проговорил Макиннон почти ласково, наслаждаясь положением, – уже почуяли, где жареным пахнет?.. Видели, как почистили от вас ворота?.. Ладно, ребята. Сэр Ричард ввиду победы над Верховным Магом… и ввиду, что отныне он теперь Верховный Маг… прощает вашу дурь и не станет превращать вас в жаб.

Гвардейцы прыгнули с крыльца, как борзые, а улепетывали быстрее зайцев.

Я сказал с неудовольствием:

– Ну что ты заладил про Верховного Мага? Не собираюсь я в маги. Неинтересно. У меня и бороды нет.

Он сказал торопливо:

– Это фигура речи!.. Чтоб их проняло до печенок.