Ричард Длинные Руки – грандпринц

Но как только прибудут… мы надеемся приветствовать вас уже не как благородного и учтивого завоевателя, а нашего будущего короля!

– Подождем его величество, – ответил я.

Гонцы прибывали с интервалом в полчаса, но все докладывают, что свита его величества короля Леопольда Кронекера все же продвигается к городу, мужественно и терпеливо преодолевая снежные заносы.

Альбрехт с Климентом и Сулливаном комментировали с иронией, дескать, Леопольд спешит, пока сэр Ричард не передумал, у него ветер в голове, все об этом наслышаны…

Я отправился в крыло для гостей, где для меня уже подобрали покои ничуть не меньше королевских, хотя я вполне мог бы довольствоваться и более скромными, но это недопустимо, ибо зело умаляет мой престиж.

Зигфрид, уже переместившийся туда вместе с охраной, заглянул в комнату, быстро оглядел ее на всякий случай, как будто уже не перерыл все-все и не обнюхал каждый уголок

– Ваше высочество! К вам этот… который алхимик.

– Впусти, – сказал я.

Через порог переступил скромно одетый придворный низшего ранга, так он выглядит теперь, хорошая маскировка, а то эти халаты с хвостатыми звездами и шляпы так и кричат, что нужно хватать и сразу на костер.

Он поклонился и застыл со склоненной головой у порога. Я сказал раздраженно:

– Хреймдар, мы не на приеме!.. Давайте без церемоний.

Он сказал нравоучительно:

– Церемонии возникли не от дурости, ваше высочество, и не от того, что нечем было заняться.

Я отмахнулся.

– Да знаю, ничего зря не возникает.

Он кисло усмехнулся.

– В старину гонцов с плохими вестями вешали.

– Брехня, – сказал я категорично, – кто бы тогда их доставлял?

– А их в запечатанном конверте, – пояснил он.

– Все равно гонцы прочли бы в дороге, – возразил я, – когда дело идет о своей шкуре, не до соблюдения тайн личной переписки. Тем более что гонцы всегда из простого звания, какие уж там соблюдения честности… А что у вас за плохие вести? В городе вроде бы тихо…

Он увидел мое посерьезневшее лицо, медленно кивнул.

– Вы правы. Зеркало Борменгауса.

– Говорите, – велел я, – про мятеж в Сен-Мари уже знаю. До сих пор не могу свыкнуться… Что еще?

Он сказал осторожно:

– По некоторым отрывочным сведениям, ваше высочество, мы предполагаем, только это не полная уверенность, а только предположение, основанное на урывочных данных…

– Все понял, – сказал я нетерпеливо, – я и без зеркала всю жизнь так живу.