Ричард Длинные Руки – гроссфюрст

 – Инвестиции необходимы! Я вообще замки, может быть, начну раздавать только при условиях вложения в строительство флота!

Все слушали внимательно и почтительно, только у меня есть размах и даже некоторый опыт, когда стараешься наладить работу в целом королевстве.

Сэр Вайтхолд спросил нерешительно и с надеждой:

– Ну, теперь пир в честь победы?

– Все бы вам пиры, сэр Растер, – ответил я сварливо, – тьфу, сэр Вайтхолд! Простите, очень уж вы как близнецы и братья, я оставил в Сен-Мари замещать себя этого великого героя, что уже стал легендой, специалиста по гарпиям и вообще, он тоже попировать любит… Но если так уж невтерпеж, то распорядитесь накрыть столы в большом зале.

– Вы почтите нас присутствием?

– Если мне оставите за столом местечко, – ответил я.

Они ушли шумной гурьбой, все повеселели еще больше, пир – это победа, это признание, это хвастовство подвигами, и если отменить пиры, то половина радости от побед будет потеряна.

Сэр Вайтхолд, как оказалось, не пировать шел, а только проводил всех до двери, закрыл за ними дверь и молча сел на лавку.

Я посмотрел на него хмуро, но с благодарностью.

– Барон?

Он поднялся.

– Ваша светлость?

– Вы правы, – сказал я, – правитель моего ранга не может без личного секретаря, но вы слишком знатный рыцарь, чтобы исполнять такую работу незнатного человека. Другое дело, если сами подберете простолюдина, нужно только очень даже смышленого…

Он сказал просто:

– Местным не доверяю, ваша светлость.

– Спасибо за понимание, сэр Вайтхолд, – поблагодарил я. – Пока обойдемся своими. Вот вам перстень Гиллеберда…

Он осторожно принял в обе ладони перстень с королевской печаткой, в глазах немой вопрос, спросил тихо:

– И что…

– Знак высшей власти, – объяснил я.

Он смотрел с сомнением.

– Этот перстень должен быть на пальце короля…

– Думаю, – успокоил я, – это запасной. Гиллеберд не станет рисковать печатью в единственном экземпляре. Пользуйтесь, сэр Вайтхолд! Те указы, которые издаю лично, именно этим и скрепите.