Ричард Длинные Руки – гауграф

И даже будут защищать от других разбойников, если те появятся. Это называлось «налоги».

Другие не появлялись довольно долго, не сразу распространилась идея, что можно жить и вот так, не работая, а только «давая защиту», но затем начались стычки между разбойничающими шайками за сферы влияния, как сказали бы сейчас. Разбойники во главе со своим вожаком нападали на деревни чужих, избивали там и жгли, чтобы заставить платить дань себе. Те обращались к «своему» разбойнику, он спешил на помощь, так как позволить тому гаду взять верх – это лишиться доходов.

Постепенно шайки крепли, ставили укрепленные бурги, сперва деревянные, потом и вовсе каменные. Промысел разбойника-защитника стал потомственным, а уже дети и внуки начали гордиться тем, что не пашут землю, а постоянно упражняются с оружием. Образовалось сперва воинство, потом рыцарство.

И вот теперь, когда эти рэкетиры правят уже всем миром, когда дань собирают не с деревень, а с народов, в их собственных бескрайних владениях начали появляться шайки разбойников, что тоже начинают облагать данью крестьян, ибо власть короля простирается на такие огромные территории, что ее вроде бы и нет вовсе, а пустоту тут же заполняют мелкие рэкетирчики.

Они создали свои организации, выработали свой устав и стали именоваться мафией. Таким образом, помимо правительства «наверху» везде существуют и местные тайные правительства, которые работают, увы, намного эффективнее хотя бы за счет того, что у них нет громоздкой и неповоротливой чиновничьей машины.

Так что мафия это не всегда зло. Даже для правительства это не зло, а всего лишь лучше работающий конкурент. Из стана мафии очень хорошо переманивать наиболее толковых и энергичных людей и, отмыв репутацию, делать политиками, ставить на ключевые посты в государстве.

Что, кстати, я однажды и сделал, поставив главаря шайки разбойников деревенским старостой. Надо бы этот принцип применять чаще… И на более высоких постах.

Голос барона прозвучал громко и насмешливо:

– О чем там призадумались, сэр Ричард? Даже на милую собачку внимания не обращаете!.

. Про себя уж молчу.

– Простите, барон, – сказал я виновато. – Задумался. Сперва о деле, а потом, как водится, мысль ушла в сторону…

– На бабс?

– До них не успел, – признался я, – но уже был близок. Спасибо, что напомнили…

Я оторвал гусиную лапу и бросил под стол, удивляясь, как эта зверюка все пожирает моментально.