Ричард Длинные Руки. Церковь и демоны

Крылышки машут часто-часто, но держится на одном и том же расстоянии от моего лица, хотя Зайчик набрал скорость, только ветер свистит в ушах и пытается сорвать шляпу, не понимая, что ее у меня нет.

– Левее, – пропищал Серфик. – Вот за той кучкой деревьев!

– Видишь?

– Да, но не так, как люди.

Бобик исчез, словно все понял, хотя кто знает, вдруг понимает больше, чем думаю. Просто живет счастливо и в свое удовольствие, раз уж период наших странствий, голодных дней и ночевок в лесу у костра вроде бы закончился.

Когда мы с Зайчиком проломились сквозь кусты, Бобик уже прыгал вокруг Кракандельта, приглашая его побегать вместе, побросать ему бревнышко, поваляться на траве.

Кракандельт, все такой же массивный и крабовидный, повернул башню головы в мою сторону, глаза вспыхнули таким же багровым огнем, как у Бобика.

– Повелитель, – проревел он едва слышно, – я принес.

Я с недоверием посмотрел на две шкатулки у его громадных ног.

– Это… все?..

Он ответил лаконично:

– Все.

Я покинул седло, арбогастр тут же отошел в сторону и, выдернув из земли нечто похожее на заржавленную рукоять меча, принялся с хрустом, словно сосульку, перемалывать в могучих челюстях.

Бобик обнюхал обе шкатулки и повернул ко мне голову, в больших детских глазах недоумение и вопрос.

– Да, – согласился я, – это не едят.

Он подпрыгнул на всех четырех, показывая, что, как бы далеко я их ни зашвырнул, мигом найдет и принесет обратно.

– Щас, – пообещал я, – щас брошу. А там твой друг их тут же сжует.

Бобик посмотрел с укором на арбогастра, тот фыркнул, не переставая доедать железку, и отвернулся.

Я присел на корточки, приоткрыл крышку одной шкатулки, затем другой. В глаза ударил разноцветный блеск драгоценных камней и украшений из благородных металлов, хотя, конечно, ценность этих талисманов не в бриллиантах и золоте.

Кракандельт не двигается, сейчас полностью скован заклятием абсолютного послушания, Бобик посмотрел через мое плечо, засопел разочарованно и метнулся мимо жующего Зайчика в чащу, только кусты захрустели по его следу.

Я смерил подозрительным взглядом шкатулки, почему же одни кольца отдельно от других, поместились бы все в одной, даже крышку не пришлось бы сильно прижимать.

Я спросил с сильнейшим разочарованием:

– Чё, это усе?

Кракандельт медленно наклонил огромную, как башня танка, голову.

– Да.

– Точно.

– Ни одного не оставил, – заверил он.

– Я думал, – сообщил я потерянно, – будет мешков сто.