Просьба Азазеля

Он улыбнулся, когда Михаил принял из его руки тарелку с остальными пирожными, а сам вернулся к столу с большим дисплеем на нем, чернота мгновенно сменилась синим фоном, на нем побежали странные буквы и значки, перемежаемые арабскими цифрами.

– Та-ак, – проговорил он медленно, – островок на месте, но никакого дворца там нет… Даже пальмы полегли… А вон те вовсе с корнем выдраны. А их зачем?

Михаил ответил с неохотой:

– Ты же сказал, чтобы не осталось следов… Я того дурака просто обратил в пыль, а чтобы убрать дворец, создал большую волну в океане и прокатил ее через островок.

Азазель посмотрел с уважением.

– Мудро. Правда-правда. В той части океана цунами случаются часто. Ты сделал самое лучшее, что можно было. Михаил, ты в самом деле умеешь поступать, как стратиг!

– Да иди ты, – ответил Михаил.

Закончив с пирожными, он пересел на диван перед огромным экраном телеприемника на стене, повторил жест Азазеля для включения.

В огромном городе идут жестокие бои на улицах и в переулках, из окон рвутся языки пламени, на дорогах трупы, а бронемашины двигаются прямо по ним, не разбирая, где убитые, где только раненые.

В двух местах ярость сражения дошла до такого накала, что, истратив все патроны, группы воинов сошлись врукопашную.

Азазель долго сидел за своим столом, не поворачиваясь, наконец до Михаила сквозь треск автоматных очередей донесся его раздраженный голос:

– Что… снова?… Это уже ни в какие ворота не лезет…

Михаил сообразил наконец, что передача с места событий идет в реальном времени с помощью беспилотников, те подают картину с разных высот и разных углов, потому зрелище получается красочное и волнующее, римлянам с их гладиаторскими боями, даже массовыми, такое и не снилось, там все ограничено ареной Колизея, а здесь в роли Колизея целые города, а то и страны.

– Что там не лезет? – спросил он несколько запоздало. – Помочь затолкнуть?

В стереодинамиках гремят реалистичные и даже объемные выстрелы, словно перестрелка идет в соседней комнате.