Подземный город Содома

Азазель покачал головой:

– Уриил был поставлен у врат рая с огненным мечом в руке, чтобы воспрепятствовать возвращению туда Адама и Евы. Но они даже не пытались, так что простоял там до самой их смерти, а это почти тысяча лет, совершенно зря. Уриил и Гавриил были Хранителями… Кстати, многие уверены, что с огненным мечом там как дурак у ворот проторчал все тысячу лет именно ты…

Михаил сказал оскорбленно:

– Почему как дурак?.. Нужно было воспрепятствовать их возвращению, потому там и была выставлена стража.

Как я понимаю теперь, стража почетная, люди были настолько слабы, что охрану могли бы поручить самому мелкому из ангелов. Хотя, конечно, я там не показывался. А стоял с мечом у входа не то Уриил, не то Иофиил, не интересовался. Кстати, Уриил, Рафаил и Гавриил и сейчас Хранители!

– Да-да, – согласился Азазель, – а что за это время совершили? Вот-вот, ничего. А ты показал себя тогда в схватке с Сатаном, а теперь вот и сейчас хоть и по мелочи, но все характеризует тебя достаточно объемно.

Михаил взглянул остро:

– Характеризует… Значит, вся эта беготня за демонами для каких-то проверок?

– Прости, Михаил, – сказал Азазель, но виноватости в его голосе не ощутилось, – ты был прав, беготня получилась какая-то хаотичная и без всякой логики. Логика вообще-то была, она во всем есть, но мы признаем только ту, которую хотим видеть… Однако время работает против нас, мы были просто вынуждены.

– Мы? – переспросил Михаил остро.

– Прости, – повторил Азазель, – оговорился.

Я, конечно. Один, как всегда. «Живу без ласки, грусть затая, всегда быть в маске судьба моя…»

Михаил поморщился, спросил глухо:

– И ты все время со мной хитрил?.. Подставлял дураков, а потом сердился и спрашивал, зачем я всех убил, дескать, нужно было кого-то оставить для допроса, нельзя так прямолинейно, это же обрубил все нити, что вели к организаторам… и так далее, так далее.

– Прости, – снова сказал Азазель. Он опустил пистолет. – Этот мир в опасности. Я вдруг понял, что в одиночку уже не справиться.

Потому и…

Михаил спросил в упор:

– А ты в самом деле одиночка?

Азазель ответил, не моргнув глазом:

– Да, конечно. Орлы не бараны, в стада не сбиваются!.. Но, видишь ли, стая ворон бьет и орлов. И вообще орел везде не поспеет. А вот ты при всей солдатской туповатости и общей ригидности… нет-нет, это не ругательство, при всех своих неоспоримых достоинствах, глупых и ненужных здесь, умеешь видеть дальнюю цель.