Мир Трех Лун

Через двор идут трое глердов в бирюзовых кафтанах с золотым шитьем, двое смотрятся серьезно и даже скучно, но третий, краснорожий толстяк с выпирающим брюшком, рассказывает взахлеб и живо жестикулирует:

– Я вчера такого кабана заполевал! Громадный, толстый, как если бы глерда Финнегана поставить на четвереньки, вот с места мне не сойти!.. И взгляд такой же, а это сами понимаете!.. Он как помчится на меня, куда там скаковой лошади!.. Я смотрю, куда отпрыгнуть, но справа дерево, как стена, а слева кусты гойру, всю одежду изорвет…

Я опустил ведро и сделал вид, что смертельно запыхался, даже ухватился за стену.

– А глерд Финнеган, – спросил другой глерд и тут же поправил себя, – я имею в виду кабана?

Толстяк воскликнул с жаром:

– А глерд Финнеган… тьфу, этот проклятый кабан метнулся быстрее стрелы из лука!.. Я скакнул, он пронесся мимо, а я выбрался из кустов и, как только он начал разворачиваться, к-а-а-к всадил копье глерду кабану в левый бок… Тот на спину, дергает копытами, ну вылитый Финнеган, тут подоспели остальные мои люди, с ними глердессы Алания и Тесса, я поставил ногу глерду кабану на ухо, голова слишком огромная, а тут только вижу, что совершенно голый…

– Кабан?

– Кабану можно, – возразил толстяк, – у кабанов так принято, но мне… перед дамами?

– Если на охоте, – сказал первый рассудительно, – то можно.

Второй добавил с сочувствием:

– Мне тоже как-то пришлось пробираться через заросли гойру.

– Кожу едят медленно, – сказал первый глерд авторитетно, – если правильно рассчитать время, сапоги получаются как бы чуточку пожеванными, самый шик, сами понимаете! Некоторые щеголи нарочито там ходят, но мы, люди серьезные, до такого не опускаемся. Я, к примеру, отдаю своему кожевнику, он так умело расцарапывает, будто жена Джоэла спину…

– Да, – согласился второй глерд и мечтательно воздел глаза к потолку, – жена глерда Джоэля – это что-то…

Толстяк, который Тархантер, возопил в праведном возмущении:

– Да что вы за люди? Я про кабана, а вы про каких-то баб! Вырождаются герои!

Я тихо взял ведро и понес в людскую.