Патроны чародея

 – Полицейской!

– Мигалку включишь?

Она посмотрела свысока.

– Не дорос исчо. Пойдем! И давай рассказывай.

– Здесь? – переспросил я. – А что будем делать в участке?.. Ой, в самом деле?.. Там будет интим? С развратом или как?

Она огрызнулась:

– Запишу твою болтовню сейчас, а потом в участке запишут еще раз и сравнят. Стандартная процедура, ты должен ее знать.

– Как же, – пробормотал я, – как же… Что мне еще знать на свете важного, как не ваши процедуры?

Она не повела и бровью, дескать, не удалась провокация, и ладно, на другой поймаю.

Когда вышли из цеха, обгоревший остов полицейской машины как раз грузили на платформу, Мариэтта заметно содрогнулась и даже почти побледнела.

– Вроде бы не совсем на ходу, – сказал я нерешительно. – Хотя кто знает полицейские технологии?

– Ладно, – произнесла она, – прибыло десять полицейских машин. Стой здесь, я выясню, какую взять.

Она ушла быстро и уже собранно, не прихрамывая и не массируя ушибленное плечо.

Меня же чуть не пришибли, даже сейчас поджилки трясутся, но, с другой стороны, внутри стучит победно и мощно, что и я не лыком шит, что-то да могу. Я же видел их за ящиками почти отчетливо, синие такие силуэты, а что размытые – ерунда, мог бы стрелять по ним даже сквозь ящики…

Переговорив со своими, Мариэтта помахала мне рукой от одной из машин.

– Иду, – крикнул я уже бодро. – Хорошо вам, сразу новую дают… В полицию пойти, что ли?

Она посмотрела с неприязнью.

– Теперь в полицию берут только бывших коммандос.

– Еще бы, – согласился я. – И то лишние остаются. В том складе тоже спецназ обитал, верно?.. Только на другой стороне. Догадаться бы, кто из вас в белых шляпах, кто в черных…

Она, как сильный пол, открыла и придержала для меня дверцу, мне даже почудилось, что хотела и голову при посадке чуточку нагнуть, чтобы не ударился о верх, а то потом заявлю о жестоких избиениях со стороны озверевшей и потерявшей человеческий облик из-за попустительства властей полиции.

– А тут ничо, – заявил я. – Хорошо, когда везде стандарт. Привыкать не надо.

– Пристегнись, – буркнула она.

– Разве тут не автомат?

– Все равно, – отрезала она.

– Традиция, – ответил я понимающе. – Люблю традиции, но почему-то не выношу.