ЧВК Всевышнего

Все трое, кроме Азазеля, напряглись, продолжая держать его на прицеле.

По тонким губам Сатана пробежала беглая улыбка, то ли одобрительная, то ли насмешливая.

– Твои соратники всегда готовы к бою, – произнес он. – Уж не они ли сумели?.. Или как?

Михаил ощутил на себе его взгляд, но продолжал с тем же суровым видом держать его на прицеле.

– Не они, – подтвердил Азазель. – Все были при мне.

Сатан кивнул.

– Ладно. Еще увидимся. Скажи только своему помощнику, пусть не прикидывается полным идиотом.

Азазель ответил мирно:

– Ты и сам умеешь.

Сатан оглянулся, на полном гордыни лице проступило некоторое изумление.

– Снова доступ?

Азазель кивнул.

– Мы в самом деле на одной стороне. Как мне кажется.

– Да ни за что, – отрезал Сатан.

Он резко провел сверху вниз рукой, Михаил услышал жуткий звук распарываемой ткани пространства. Сатан с небрежностью властелина всего на свете взялся за край надреза, отогнул, как почудилось Михаилу, и шагнул во тьму.

Глава 2

Края сомкнулись, Михаил успел увидеть быстро исчезающий шрам, и снова мир стал прежним, а Бианакит и Обизат со вздохами облегчения опустили оружие.

Азазель оглядел их смеющимися глазами.

– Перетрусили?.. Да ладно, меня самого тряхнуло… Чего такие бледные?.. Забыли, что у нас десерт на столе?.. Все взад, все взад!.. Доедим сладкое, повеселеете, тогда и подумаем. От сладкого голова лучше работает, а слипнется так слипнется.

Бианакит и Обизат послушно, еще ошарашенные, двинулись на кухню. Михаил наконец оторвал взгляд от того места, где только что была щель в пространстве.

– Азазель… как ты их убил, что никто из нас даже не заметил?.. И чего вдруг?

Азазель с самым оскорбленным видом сдвинул плечами.

– Ты же слышал!.. Я ни при чем. Сатан поверил.

Михаил покачал головой.

– Он не поверил. Просто не нашел, на чем тебя прищучить. Но я знаю тебя, и… ты врал ему!

– Заметил? – спросил Азазель с интересом.

– Не учуял, – уточнил Михаил, – а ощутил.

Бианакит уже из кухни сказал мирно:

– Я тоже не поверил. Думаю, и Сатана обмануть не удалось. Будет копать еще. Убийство троих сыновей князей Ада – слишком заметное преступление. Там такое не оставят.