Тун. Лето в розовом городе

– Вы знаете русский?

Старик добродушно усмехнулся, и лучики в уголках его светло-зеленых глаз оживили немолодое лицо.

– Конечно. Наше поколение – все знают. – Его бархатный голос с легким акцентом заполнил небольшое пространство, в котором витали свежие запахи овощей и фруктов. – К тому же я двадцать лет жил в Сургуте.

– И вернулись? – Добровольный переезд казался мне чем-то невероятным.

– Приходит возраст, когда понимаешь, что дом у тебя один и ни хорошая работа, ни деньги его не заменят.

И тогда твой выбор становится твоим счастьем… – Он замолчал, позволив себе паузу, в которую вместилась вся его жизнь. – Но тебе еще рано думать об этом. Это я, старый дурак, оставил жизнь позади! Тебя послали что-то купить?

– Нет… – Я уставилась в пол. – Мне понравилась ваша песня. Как она называется?

– А-а-а, вот оно что! «Трчеи мтков тун», ахчик-джан[8 - «Улететь бы мыслями домой», девочка.].

– Спасибо, простите, что побеспокоила. – Я попятилась к двери.

– Будешь абрикос?

Мое лицо стало красным.

Казалось, мои пылающие щеки раскалили воздух еще сильнее.

– Мне… Я деньги забыла!

Как стыдно… Я похожа на оборванку? Конечно, похожа.

– Ты позволишь мне тебя угостить? – На его раскрытой ладони лежал поцелованный солнцем подарок.

Я мешкала. Но его улыбка перевесила мои сомнения.

– Щедрость вас погубит, – попыталась я пошутить, осторожно взяв абрикос.

– Э-э-э, я не так прост, как стар! – Старик словно скинул лет тридцать. – Знаешь, какой плюс у старости?

Я пожала плечами.

– Легче знакомиться с красивыми девушками! Вот зря смеешься! Вы не видите, но у стариков молодость прячется в душе!

Я вертела в руках подарок. Мне казалось, что я украла его у другой, более достойной внимания этого человека. Старик разложил оставшиеся абрикосы и убрал пустой ящик, напевая себе под нос ту же песню.

– А о чем она? – спросила я.

Он улыбнулся:

– Она о доме.

И тут я вспомнила, где слышала ее прежде. Вспомнила, как папа лежал со мной в больнице.

Как гладил мой забинтованный висок и пел ее… В горле запершило.

– Девочка, с тобой все хорошо?

– Вы слишком проницательны для…

– Для кого? Для продавца или для старика?

– Для мужчины!

Он добродушно засмеялся и вскинул вперед загорелые морщинистые руки:

– Ты меня покорила! Можно, я дам тебе совет, который когда-то помог мне?

Я кивнула и присела на край шаткого стула. Мы оказались напротив друг друга.