Блеск минувших дней

Высокий мужчина осторожно поставил свою чашку, так же осторожно вытянул ноги. Он был бледен.

– Я бы не стал этого делать, – сказал он. – Правда, не стал бы, д’Акорси. Тебе нужно вести себя осторожнее. Я могу предложить план действий человеку, о котором все говорят, что он умен, или же могу убить этого человека сегодня ночью. Может быть, я ошибаюсь насчет его ума? Докажи мне. От тебя зависит жизнь двух женщин.

– Двух? Зачем тебе убивать целительницу?

– А разве мне нужна причина? – спросил Теобальдо Монтикола, глядя на Елену.

– Большинству мужчин нужна, – сказала она достаточно твердо.

– Да, но если верить этому человеку, то я убиваю ради развлечения. Хорошо, вот причина: потому что вы лечите женщину, которую д’Акорси использовал, чтобы угрожать мне.

– И вы думаете, что я знала об этом?

– А вы думаете, мне не все равно, о чем вы там знали?

Тишина в комнате и снаружи, в ночи.

– Что же ты предлагаешь? – в конце концов спросил Фолько. – Я слушаю.

Елена осознала, что снова затаила дыхание.

– Мы оба уедем. У меня нет причин никому докладывать, как умер Уберто, если ты меня не вынудишь. Его смерть мне не повредит, если ты не двинешься на юг, и я, конечно, не хочу стать врагом семейства Риполи в Мачере. Ты хитро выбрал жену, отдаю тебе должное.

– Продолжай, – произнес Фолько д’Акорси.

– Ты вынудишь меня действовать, если сделаешь хоть малейший шаг в сторону Милазии.

– А если не сделаю, ты согласен тоже этого не делать?

– Мне нет необходимости соглашаться.

– Могу. Риполи, ты о них уже забыл? О моей хитрой женитьбе. Такие могущественные, такие богатые. Уже герцоги! А ты шпионил за членом их семьи в моем дворце. За дорогой сестрой герцога! Ты внедрил убийцу в ее покои.

– Она не была убийцей.

– Эту историю можно рассказать иначе, правитель Ремиджио. Она, несомненно, признается в этом на допросе, что будет записано священнослужителями. Ты же знаешь, как ведутся допросы. У тебя слишком мало сил, чтобы противостоять Риполи, не говоря уже о новом патриархе Сарди, который может решить, что приобретение Ремиджио повысит статус его собственной семьи.

– А! Семейство Сарди. Опять Фирента. Банкиры.

– Очень, очень состоятельные банкиры. И теперь Верховный патриарх – член их семьи.

– Пьеро купил эту должность.

– Конечно, купил! Но она принадлежит им, не так ли? Нам обоим следует быть осторожными. Мы не так сильны, как они, или семейство Риполи, или Сересса.