Львы Аль-Рассана

Вы что думали? Что вскочите с постели, сядете верхом на мула и отправитесь на прием?

Тучный мужчина на кровати жалобно застонал при одной мысли о таком напряжении сил и потянулся к ее руке. Они знали друг друга давно; она позволила ему сделать это.

– Но, Джеана, я должен поехать! Это событие года в Фезане. Как я могу не присутствовать? Что я могу поделать?

– Вы можете послать свои самые искренние сожаления и сообщить, что ваш лекарь приказал вам оставаться в постели. Если хотите по каким-то странным причинам сообщить подробности, пусть ваш управляющий объяснит, что сегодня днем или к вечеру у вас выйдет камень, и это связано с нестерпимой болью, которую может облегчить лишь лечение, лишающее вас возможности стоять прямо и разговаривать членораздельно.

Она часто прибегала к такому тону, когда лечила его. По правде говоря, она разговаривала так и со многими другими пациентами. Мужчины, даже самые сильные, хотели слышать голос своей матери в голосе лекаря-женщины, отдающей им распоряжения. Исхак добивался послушания больных серьезным поведением и воздействием своего звучного, красивого голоса. Джеана – женщина, к тому же еще молодая – вынуждена была выработать собственные методы.

Ибн Муса обратил отчаянный взгляд к картадскому придворному.

– Вы видите? – жалобно произнес он. – Что мне делать с таким лекарем?

Ей снова показалось, что Аммар ибн Хайран забавляется. Джеана обнаружила, что раздражение помогает ей справиться с возникшим ранее ощущением робости перед ним. Она по-прежнему понятия не имела, что смешного он находит во всем происходящем, разве что подобное поведение было просто его привычной позой и манерой циничного придворного. Возможно, ему наскучила обычная придворная рутина: божественные сестры-свидетели, самой Джеане она бы наскучила.

– Полагаю, вы могли бы проконсультироваться с другим лекарем, – проронил ибн Хайран, задумчиво поглаживая подбородок. – Но я догадываюсь, основываясь на слишком коротком собственном опыте, что эта восхитительная молодая женщина точно знает, что делает. – Он одарил ее еще одной сверкающей улыбкой. – Вы должны рассказать мне, где вы учились, когда у нас будет больше свободного времени.