Книга аэда

Царство – корабль, плывущий по Вечной Ульме времен, а царь – капитан. Матросы подчиняются капитану, но заботятся о корабле. – Вальдерас говорил так страстно, словно заклинал руну, надеясь, что души тоже состоят из дхарм, узор которых можно менять.

– Царевич, я помню Кодекс, – еще тревожнее и раздраженнее повторил Сотхар.

– Куда плывет корабль Ульма, Сотхар? К достойному ли будущему ведет его наш капитан?

– Я не хочу слышать ни намека, ни тени намека на измену, царевич.

Вальдерас встал:

– Куда плывет Ульм, Сотхар? И что ты скажешь сыновьям, когда капитан пустит наш корабль ко дну, потому что считает его проклятым? Кому служишь – царству или царю? Через неделю тебе предстоит выбрать.

Вальдерас вышел, не дав главнокомандующему возможности ни согласиться, ни возразить. Царевич хотел, чтобы Сотхар запомнил его вопрос, а не свой ответ.

* * *

Вальдерас потратил четыре дня, чтобы встретиться с теми сторонниками и друзьями первого амира, в надежности которых был более или менее уверен. Стража за ним не приходила. Это значило, что их преданности покойному амиру хватало, по крайней мере, на то, чтоб не выдавать царевича Нардху. Наконец настал день, который Вальдерас называл днем Суда Атальпас.

У них была только та одежда, в которой они покинули Дорожный дворец, и в оставшееся время друзья привели ее в порядок, чтоб выглядеть достойно в глазах Неназываемого, но Многоименного.

Они поднялись по тридцати шести ступеням к царским вратам. Вальдерас скинул капюшон и выставил правую ладонь с начертанной руной в направлении охранявших вход гвардейцев.

– Я, Вальдерас Сакхара, единственный наследник династии Сакхара, повелеваю вам опустить мечи и не препятствовать мне в моем наследном доме. Иначе я обрушу на вас гнев Атальпас.

Стражники выхватили мечи.

– Таф!

Неведомая сила отбросила воинов прочь, сбила с ног и больно ударила об стену дворца.