Гагарина, 23. Тени последнего лета

Вову озарило! Найденного пупса надо отнести маме, чтобы хорошенько помыть, починить и подарить маленькой соседке. Вова представил, как обрадуется девочка ещё одной игрушке и как все будут хвалить его самого, как скажут: «Вы видели, какой Вова умный?!» или так: «Ну это же надо! Какой же ты, Вова, молодец!» Нетерпеливо, кое-как завернул находку в тряпки и прижав её к животу, побежал домой.

Вода в сандалиях чавкала, с мокрого свёртка капало, ветер свистел в ушах. Окрылённый предвкушением чего-то светлого, счастливого, Вова нёсся по знакомым переулкам, закоулкам – привык такими путями убегать от хулиганов.

«…какой Вова умный!» – звучали в голове голоса соседей – мимо пролетали заборы, калитки, – «…Вова молодец!» – гремя цепями, лаяли вслед собаки, из-под ног разбегались куры. Домой, к маме, скорее! Но тайные тропы закончились, и пришлось выбежать на проспект – другой дороги к семейному бараку не было.

– Эй, Муравей, а ну стой! – ломающийся мальчишеский голос, как камень из рогатки, разбил мечту.

 – Чё украл, покажь, быстро!

Двое – лопоухий и рыжий, самые задиристые в округе подростки, ухмыляясь, подошли вразвалку. Вова остановился, тяжело дыша, сжался, втянул голову в плечи, но глаза не закрыл, а наоборот, смотрел выжидающе – однажды его отпустили только потому, что не отвёл взгляд.

– Не пялься на меня своими буркалами, урод! – закричал рыжий. – Вниз, гляди вниз!

Вова продолжал таращиться на хулиганов. Он уже сам хотел зажмуриться или опустить взгляд, но что-то случилось – глаза не закрывались и вообще не двигались.

– Чё, бля, самый борзый?! В землю смотри, в землю! – поддержал друга лопоухий.

Их уже не интересовало, что же такое нёс Муравей, – взбесило неподчинение дурачка. Лопоухий пнул Вову под зад, рыжий ткнул кулаком в плечо – свёрток упал и частично развернулся.

– Эй, вы что к нему привязались, хулиганьё! – проходившая мимо женщина вступилась за Вову и решительно направилась в их сторону, следом за нею шёл муж. Подтянулись другие прохожие.

Подростков и Муравья сразу окружило много людей. Только что почти никого не было, и разом толпа!

Сначала оторопело смотрели, как Вова, подняв с асфальта, пытается завернуть в мокрые тряпки – пелёнки? – ободранную куклу. Или это… Вначале заскулила женщина, а потом, будто кто-то подал знак, люди закричали на разные голоса. Рыжий и лопоухий, не отводя глаз от того, что держал на руках дурачёк, побледнели, попятились и упёрлись спинами в чьи-то животы, груди.