Гагарина, 23

В нужное время, когда ребёнок оказался в её руках, колдунья почувствовала страшную боль в лице. Кости черепа с мерзким хрустом разъехались, нижняя челюсть опустилась до груди. Малыш даже вскрикнуть не успел.

Первые двести лет с питанием проблем не было: всегда находились нелюди, относившиеся к новорождённым как к обузе. Красота и молодость не покидали колдунью, а с ними в одной связке шли богатство, власть, любовь, навязанная магией очередному объекту вожделения.

А потом что-то изменилось.

После десятого обновления Нурбике обнаружила, что начала стареть! Оставаясь сильной колдуньей, ничего не могла поделать с увяданием красоты. Пытаясь удержать молодость, стала поглощать младенцев чаще: сначала раз в десять, потом в пять лет, позже – каждые три года. Колдунья стала зваться Кара? Мыста?н и лишь изредка вспоминала своё настоящее имя.

Окончательно превратившись в безобра?зную старуху, Чёрная Ведьма поняла, что надо срочно пристроиться к людям. Внушив главе одного семейного клана, что она любимая бабушка, колдунья на долгие годы получила тёплое, сытное место в любящей семье.

Кара? Мыста?н бережно передавали от поколения к поколению, а она пожирала их детей.

Ведьма давно устала от жизни, но всё равно цеплялась за неё, оттягивала конец всеми силами своей чёрной души. Она понимала, что в Нижнем мире ей наверняка уготована особая кара.

Глава 7

Судьба Елизаветы Барановской зависела от трёх человек, сидящих за большим столом в зале заседаний трикотажной фабрики.

– У меня на руках решение облисполкома о срочном предоставлении отдельной благоустроенной квартиры реабилитированной жертве сталинских репрессий Гольдман Анне Борисовне. Поскольку в резерве есть только одна квартира в новом доме на улице Гагарина, то ордер на эту жилплощадь был вчера вручён законной хозяйке! – начальственным тоном объявила председатель профкома, прикоснулась к хале на голове (целый час потратила на причёску), поправила брошь на пышной груди.

– Но ведь там живёт Барановская с грудным ребёнком! – возмутился секретарь жилищной комиссии, глядя на бюст председателя. «Если на такое богатство поставить стакан, то навряд ли он упадёт», – у секретаря заныло в паху.

Байское лицо начальника милиции передёрнулось от негодования:

– Незаконное проживание на чужой жилплощади – это правонарушение! Мы и так почти два месяца закрывали глаза на это безобразие.