Темная душа: надо память до конца убить

Песня прервалась внезапно, как и началась.

– Как тепло, – сказала внятно фея, потерлась щечкой о поверхность камня, который обнимала, – теплый старик. Мне интересно, почему Господь рассыпал столько звезд наверху? Наверное, он сильно проголодался, его большой петух.

Парни переглянулись.

– Ты красиво поешь, – решился Милле, делая шаг на встречу фее. Фея отвернулась и повторила.

– Ты красиво поешь.

Еще шаг навстречу.

– Откуда ты взялась здесь? Почему одна?

Она оторвалась от камня и побежала прочь, но на опушке остановилась, заговорила с лесом:

– Ты прилетел.

Ты тоже один. И красиво поешь.

Милле беспомощно обернулся на Бойса.

– Она говорит с соловьем, дурень, – шепнул друг.

Только теперь Милле распознал соловьиную трель.

– Он поет для любимой, – пояснил художник фее.

– Для любимой, – девушка пошла вдоль опушки, ведя пальцами по стеблям и листьям. Ее странное белое платье, украшенное вышивкой на груди, свободно обвивалось вокруг хрупкого тела. – Я не одна. Мама танцует.

Там очень громко. Я здесь. Мне нравится рядом со стариком.

Жемчужный смех. Фея закружилась.

– Как она хороша, – прошептал Милле, очарованный зрелищем, – Бойс, я в жизни не видел существа прекраснее…

– Это не фея, – тихо ответил друг. Он старался держаться в тени. – Обычная живая девушка.

– Я подойду к ней.

– Не вздумай. Не видишь, она не в себе. Она даже в глаза тебе не взглянет. Уйдем, Милле. Не нужно ее тревожить.

Лайонел взял друга за локоть и потянул на себя. Ему захотелось уйти с полянки, вернуться на холм.

Там поджидала кудрявая крестьяночка, кажется, Джун, и обещанные ей плотские утехи. Но Милле врос в землю, не в силах оторвать глаз от чуда, которое представляла собой танцующая фея. Сам Бойс старался не смотреть на девушку. Хотя знал, что Милле прав. Его охватил непонятно откуда взявшийся суеверный ужас.

– Уйдем.

– Стой, Бойс. Мы не можем бросить ее тут одну.

– Она не одна. Сказала же – на холме ее мать.

– Соловей поет для любимой, – прощебетала девушка, – Он очень мил.

Правда, старик?

– Господи, она наивна как дитя! Я не брошу ее. Иди, Бойс, найди ее мать и приведи сюда.

– Отведем ее наверх вместе и уедем.

– Ты говоришь, она даже в глаза не смотрит. Как ты ее поведешь?

– Не знаю. Позову. Дорогая, пойдем к твоей маме! Не оставайся здесь одна.

Бойс не надеялся, что фея отреагирует на его слова. Он вышел из укрытия и встал рядом с Джоном. Однако девушка остановилась и посмотрела в его сторону.