Лорд Воскресенье

Мне никто не говорил, что на прополку прибудет кто-то из высших…

– Заткнись уже, – велел Артур. Прислонил огненные вилы к скамейке и добавил: – Ты. Убирайся.

Вилы погасли. Мальчик Дудочника посмотрел на них и прошептал:

– Чтоб мне провалиться!

Артур взял у него бумажку и развернул. Несмотря на грязные пятна, четкое каллиграфическое письмо было прекрасно различимо.

Наряд на прополку. Грядка 27. Горшок 5. Послать садовника.

– Так ты садовник? – спросил Артур.

– Второй вспомогательный помощник Садовника Четвертого Класса однажды пересаженный Финеас Грязекоп, – сказал мальчик. И добавил: – Сэр.

– И много в Несравненных Садах детей Дудочника? – спросил Артур.

– Не могу знать, сэр, – сказал Финеас. – Сад тут большой. Я только за этой грядкой ухаживаю… горшки с первого по пятидесятый. А… а вы… вы Жнец Воскресенья, да?

– Жнец Воскресенья? – переспросил Артур.

– Ну, знаете, сэр, Сеятель, Пестун… Жнец опять же… Я, правда, думал, что они все зеленые, но я их живьем-то никогда не видал…

– Похоже, местные имена для Рассвета, Полдня и Сумрака Воскресенья, – задумчиво пробормотал Артур. – Теперь скажи мне вот что. Ты это место назвал цветочным горшком. Но это же дом! И там наверху женщина сидит!

– Так точно, сэр, она тут называется экспонатом, – с готовностью подтвердил Финеас.

– Почему она не могла меня видеть? – спросил Артур.

– Понимаете, сэр, человеческие экспонаты при виде нас пугались бы и страдали, – пояснил Финеас. – Так что все они зациклены для их же безопасности.

– Что значит зациклены? – осведомился Артур.

Финеас поскреб в затылке:

– Их время идет по кругу, и они отделены от всего. Понимаете? Они просто снова и снова делают одно и то же.

– А если я поднимусь и трону ее за плечо? – спросил Артур. – Что тогда?

– Вы не смогли бы к ней притронуться, сэр, – сказал Финеас. Нахмурился и добавил: – По крайней мере, я вот не смог.